Клуб избранных

От мужиков, наверное, отбою нет?

– А ты завидуешь? Нет, Машка, не в одних мужиках счастье!

– А в чём ещё?

– Спроси, подруга, что-нибудь полегче! Помнишь, как Пушкин глаголил: «На свете счастья нет, но есть покой и воля»! Так вот воля – это прерогатива начальства, а покой…

– Покой нам только снится!

– Угадала! Ты всегда была смышлёной.

– Да не угадывала я: сама, как белка в колесе, кручусь!

– Верю, только колесо не в моей телеге. Ну что, подруга, комплементами обменялись, теперь поговорил о деле?

– Давай поговорим. Я так понимаю, что ты и твои начальники мечтают вернуть золото партии на историческую родину?

– Правильно понимаешь, и, наверное, догадываешься, что я так просто от тебя и твоего Людвига… как там его?

– Вестфаль!

– Да, да Вестфаль! Так вот от Людвига Вестфаль, германского барона и советского генерала, я так просто не отстану.

– Открою тебе, Розочка, маленькую тайну: Людвиг Вестфаль беден, как церковная мышь! Это раньше в его руках были сконцентрированы значительные капиталы…

– Миллиарда полтора, если я не ошибаюсь.

– Примерно так. Повторяю: это всё в прошлом. Мы не идиоты, чтобы на одни и те же грабли наступать дважды: нынче все полтора миллиарда марок рассредоточены по счетам. Суммы на этих счетах не крупные, и внимание привлечь не могут. У нас достаточно людей, которым мы можем доверять. Именно они сегодня и являются владельцами этого огромного капитала.

– Ты, Маша, блефуешь!

– А ты проверь, подруга.

– Смеёшься? Сейчас я понимаю, что даже если бы я добралась до Людвига, это ничего бы не дало. Я верю, что ваша команда действительно отлучила его от денег. Оно и понятно: парень крупно «прокололся», но ведь он не знает дальнейшей судьбы этого миллиарда! Почём мне знать: может, вы поделили сумму, но держателей кассы меньше, чем пальцев на одной руке, а это совсем меняет дело.

– Мы предусмотрели и это. Денег в чистом виде сейчас практически нет, все вложены в долгосрочные проекты, и отдача будет не скоро, очень не скоро!

– Неужели? А на какие средства существует этот ваш лицей, кто платит зарплату наёмным работникам, кто оплачивает налоги, и вообще, на какие «шишы» вы существуете?

– Ты наверное знаешь, что наши сотрудники не получают зарплату. Весь личный состав ЗГС на самоокупаемости. Например, тот же Вестфаль ведёт очень прибыльный бизнес, торгует антиквариатом. Большая часть прибыли поступает в кассу нашей организации. Вот так и живём.

– А говорила, что он беден, как церковная мышь?

– По сравнению с теми капиталами, что он имел раньше, до встречи с тобой, нынешние его доходы меня не впечатляют.

– Почему я тебе должна верить?

– Потому что ситуация складывается так, что нам невыгодно обострять с вами и без того сложные отношения.