Клуб избранных

В одном из начальственных кабинетов, щедро украшенном портретами партийных вождей и национальной символикой, она нечаянно встретила статного молодого человека, одетого, в отличие от своих коллег, по последней европейской моде. Молодой человек вызвался быть её гидом и покровителем. Это не составляло для него никакого труда, так как он был племянником третьего секретаря обкома партии, что по местным меркам приравнивалось к уровню наследника самого падишаха.

После этой встречи её командировка превратилась в восточную сказку. Юный визирь был щедр, не скупился на подарки и комплименты, и без труда вскружил голову юной московской красавице. Когда срок командировки подошёл к концу, он сам отвёз её в аэропорт и посадил в самолёт. До последней минуты он был нежен и предупредителен. Влюблённые расстались, осыпая друг друга заверениями в вечной любви и скорой встрече.

По возвращению в Москву она, захлёбываясь от счастья, всё рассказала лучшей подруге. Подруга была старше её на пять лет, и гораздо опытней в делах амурных, к тому же она была корреспондентом популярного журнала и специализировалась на проведении журналистских расследований.

Через месяц журналистка вернулась из командировки в среднеазиатскую республику, где её подруга так романтично провела время.

– Если бы ты не была моей подругой, я бы сделала тебя героиней моего «забойного» репортажа, – жёстко сказала она, сидя на маленькой кухне и нещадно дымя сигаретой. После чего, не заботясь о её самолюбии и не стесняясь в выражениях, рассказала, как родной дядя её возлюбленного, наряду с выращиванием хлопка успешно занимается выращиванием мака в труднодоступных районах предгорья, его последующей переработкой и транспортировкой в крупные российские города.

– Это же надо умудриться – стать любовницей местного наркобарона! Как тебя вообще оттуда живой выпустили! – подытожила журналистка и закурила новую сигарету.

В этот момент у неё вдруг всё поплыло перед глазами, и тошнота подкатила к горлу. Она успела добежать до ванной комнаты, где её стошнило. Умывшись, она обессиленная вернулась в комнату и упала на тахту.

– О, да мы, кажется, ещё и в «залёте»! – продолжала безжалостно добивать подруга. – Можно сказать, что будущее твоего ребёнка предопределено: если родится девочка – продадут в гарем к партийному баю, ну а если мальчик – будет водить караваны с опиумом по горным тропам Памира.

– Уходи! – сказала она лучшей подруге. – Я больше не хочу тебя видеть.

Журналистка затушила сигарету и шагнула за порог её квартиры, чтобы, вернувшись к себе в редакцию, немедленно приступить к написанию «забойной» статьи.