Клоунада для разведчика

Видимо, гораздо серьезнее телефонного звонка, которого я ждал каждый день.

Ждал?.. Несмотря на несчастье с отцом, несмотря на кучу дел, ждал?.. Алекс изо всех сил стиснул его в объятиях.

— Я каждый день приказывал себе не звонить, — прошептал, крепко зажмуриваясь. — Просто запрещал. Ведь у тебя отец болеет, а я… — а он ведь просто приключение.

Не Пола вина, что для Алекса это стало гораздо большим.

— Именно, — Пол покачал головой. — И отец болеет, и ты не звонишь. Двойная задница.

— Я не знал, — проговорил Алекс. — Не думал… — вздохнул. — Прости!

И снова поцеловал Пола. Уже не жадно, мягко, словно заново знакомясь. Без спешки, без опаски, что Пол вот-вот исчезнет куда-то.

Аррой пах совсем иначе, чем помнил Алекс. Не бензином, не ветром. Сухим кондиционированным воздухом из самолета, лекарствами, еще чем-то, непонятным и незнакомым. Под кожей слишком отчетливо перекатывались мускулы, кости прощупывались явственнее. Но это все равно был Пол, и сердце вот-вот готово было проломить ребра.

Пол притиснул его к себе, запустил руку в волосы, и Алекс немедленно пожалел, что подстригся.

Сначала они просто целовались — со все разгорающимся пылом и голодом, — а потом поцелуев стало мало. Алекс потеснил было Пола к мотоциклу, но тот покачал головой.

— С твоим красавцем мы сведем самую тесную дружбу, но где-нибудь, где нас не смогут увидеть, — пообещал хрипло. — А сейчас лучше пойдем в комнату.

— Ловлю на слове, — так же хрипло ответил ему Алекс и потянул Пола за собой.

Закрывал ангар и шел по плацу он как во сне. Все отмечали успешное прохождение смотра, так что ни одна живая душа им не встретилась. В офицерской казарме тоже было пусто. По коридору Алекс уже почти бежал, едва сдерживаясь, чтобы не подсадить Пола на ближайший подоконник. Или не завалить на вон той скамье у окна.

Наконец, весь мир остался за дверью его комнаты. С хрустом повернув ключ в замке, Алекс буквально набросился на Пола, трахая его рот языком и жадно, слепо шаря руками по телу.

Видимо, он так заразил Арроя своим пылом, что тот вскоре жалобно застонал и первым потянул алексову футболку вверх.

— У меня есть смазка, — шепнул ему в губы. — И я хочу на спине!

Черт! Алекс даже ответить толком не смог, настолько сильно хлестнули по нервам слова Пола. Он замычал что-то нечленораздельное и принялся с остервенением вытряхивать Арроя из его одежды. Мало заботясь об аккуратности, отбрасывал прочь ботинки, штаны, трусы. Наконец добравшись до голой кожи, как умирающий от жажды на воду, набросился на Пола.

— Да твою же… — выругался, когда тот сам лег на кровать и приглашающе раздвинул ноги."

"Кое-как выпутался из одежды — кажется, что-то треснуло — и улегся между сильных бедер.