Ключник

Ладно, замнем. Ты сказала, что возрождение можно рассчитать, это как?

– Ты еще не забыл, что с каждой потерей сейва интервал воскрешения увеличивается на шесть часов? Здесь правила те же, что и в «песочнице». А напротив имен умерших в списках Усыпальницы всегда указан таймер возрождения. Далрокты следят за каждым воскрешением очень внимательно и запускают процесс так, чтобы игрок возродился в фазу, отведенную для изгоев.

Туннель изгибался бьющейся в конвульсиях змеей, поворачивая то влево, то вправо, но занятый разговором я не обращал на это внимания. Машта хоть и не оборачивалась, но ее голос, отражаясь от стен, доносился вполне отчетливо.

– Дошло, – после секундной заминки ответил я. – Зная момент появления в Колыбели, можно организовать встречу и сопровождение.

– Верно, – подтвердила низуши. – Но это еще не все."

"– Не стесняйся, порадуй меня еще чем-нибудь экстремальным. – Я усмехнулся. – Люблю сложности в любом виде.

– Вижу, уже осваиваешься, раз начал острить, – не осталась в долгу разбойница.

– Ну не все же вам, низуши, зубоскалить.

– Кто бы говорил, – фыркнула, как кошка, девушка. – С таким-то ником…

– Не отвлекайся от темы, Машта.

– Я надеялась, что ты уже и сам сделал выводы. Это вообще-то полезно – напрягать тыковку.

– Вообще-то выводы я действительно сделал. Как это ни парадоксально, но получается, что самое выгодное воскрешение – через Усыпальницу, когда все сейвы уже закончились? Так? Ведь случайная смерть, если у тебя есть сейв, ведет к случайному появлению. И никакой подстраховки ждать не приходится.

– Это хорошо, что думать умеешь, – одобрительно кивнула Машта, не снижая темпа ныряя в очередной темный поворот. – Ладно еще, если возродишься во время ракшей или дионов, – есть шансы вырваться и добраться до крепости. Но если прямо в фазу Пламени – пиши пропало… Хаоситы не выпустят живым, снова отправят на перерождение или сразу в список Усыпальницы, если сейвы закончились. Да и это еще не все.

– Прямо как в воду глядел, что еще чем-нибудь порадуешь. Выкладывай уж, не стесняйся.

– Как в воду глядел?

– Хмм… оборот речи такой. Типа заранее предвидел.

Хотел бы я знать, на каком языке мы здесь общаемся, но явно не на русском, а на каком-то универсальном, внутрисистемном. Иначе мы вряд ли так хорошо понимали бы друг друга – низуши, далрокты, охтаны. Но русские идиомы, пусть и адаптированные, в этот язык все-таки не вписывались. Тут одно из двух – или постараться следить за своими выражениями, или оставить все как есть. Мне больше нравится второй подход – не хочу обеднять средства для самовыражения, пусть чужаки привыкают. А объяснить, если что, не затруднит. Лишний повод узнать друг о друге что-нибудь интересное.