Ключник

Приблизившись к сундуку, Кроха с взбудораженным видом принялась нарезать над ним быстрые круги, явно почуяв внутри нечто ценное. Не фейри, а прямо-таки светящаяся комета со шлейфом из золотистых волос. Не сомневаюсь, что охранники этого зала не спят, а просто ждут, когда я коснусь сундука, – плавали, знаем.

А может, черт с ним, с сундуком? Вон и проход с той стороны виднеется.

Мысль о том, что с запасами продовольствия здесь можно было бы качаться до бесконечности, у меня мелькала и до того, как я получил «Духовную связь», а с ней при подпитке от питомцев я эту возможность реально получил. Но…"

"Не думаю, что можно так запросто перехитрить систему. Наверняка здесь предусмотрена надежная защита от такого читерства – иначе все игроки давно бы уже были тридцатого уровня, максимального для локации. Во‑первых, я здесь уже больше шести часов, и прямо-таки всей шкурой чувствую невидимую тяжесть, проникаюшую в каждую мышцу, в каждую клеточку тела, и вряд ли это банальная моральная усталость. Во‑вторых, двенадцатый уровень последнего демона и тринадцатый уровень главоглазов говорили о том, что логово взрослело. А значит, неизбежно наступит момент, когда противники станут мне не по зубам. Могло быть и «в‑третьих», о котором я пока не знал, но и первых двух аргументов хватало, чтобы стремиться выбраться из логова как можно скорее, никакие достижения не компенсируют неоправданной смерти.

Почуяв мои сомнения, Кроха вдруг проявила не свойственную ей строптивость – не в силах отказаться от добычи, она что-то возмущенно пискнула и… просто приземлилась попой на сундук.

Что и послужило сигналом к атаке.

С треском рвущейся бумаги по окружности зала распахнулось несколько темных лазов и из них выскочило шесть созданий, которых я здесь еще не видел:

«Бес-забияка», уровень 14, жизнь 450. Тварь Хаоса.

Впечатление твари производили жутковатое.

Ростом с низуши, они выглядели так, словно их морили голодом с самого рождения – суповой набор узловатых костей для адского варева, обтянутый черной чешуйчатой кожей. Образ дополняла блестевшая, словно антрацит на свежем изломе, треугольная морда с налитыми кровью круглыми глазами и короткими рожками, нижние козлиные конечности с массивными раздвоенными копытами и возбужденно извивающийся вокруг копыт длинный хвост с шипованным вилообразным кончиком. Едва появившись, все шестеро раскрыли пасти, продемонстрировав внушительные ряды острых клыков, и разразились зловещим смехом – визг фрезы, вгрызающейся в металл. В следующую секунду твари одновременно взмахнули когтистыми лапами и запустили в фейри шарообразными сгустками огня величиной с увесистый апельсин.

Напрасно они начали именно с нее.