Ключи судьбы

Ты вот о чем подумай. Олег ведь правду сказал: под разговор о Плеснеске у греков архиепископа просить можно.

– Мы не каганы. Да и Аскольда лишь своя дружина так величала, а Михаил август и Фотий-патриарх его не признавали, потому и дали епископа. А он его прогнал и к немцам за иереями послал. Тогда уже Василий испугался, что уйдет каганат русов из рук, и архиепископа отправил.

– У нас под рукой и так всякого княжья и великого боярства – не перечесть. Сама помнишь, послов столько в Царьград возили – на хорошую лодью гребцами хватит посадить. Плеснеск нам много чести не прибавит, хотя гнездо там древнее, знатное… Недаром Вещий эту сагу со своим проклятьем Етону затеял. Знал: рано или поздно его внукам путь на Мораву понадобится. И раз уж греки здесь – пусть видят, как наши земли ширятся и сила возрастает. Проси архиепископа у Константина. Аскольд каганом звался – а меньше нашего земли имел.

– Но ты же не хочешь… – Эльга встала со скамьи и шагнула к нему, – чтобы я вбыль отдала мою дочь за Етона, живой он или мертвый!

– Тихо! – ласково сказал Мистина и поднял руки, будто готовясь ее поймать. – Не шуми. Браню он не получит.

– Он и Малушу не получит, – отрезала Эльга. – Я не сошла с ума – отдать Етону наследницу пяти княжьих родов! Особенно когда ее отец оказался жив! Сделайся Етон зятем Володислава – они и Олега из Деревской земли погонят! Только мне с ними забот не хватало!

– Истинно. – Мистина кивнул. – Но грекам не нужно знать, что мы не намерены с ними родниться. Говори им, что склоняешься принять сватовство. Пусть не думают, что эта война может затянуться. И видят, что по своей силе мы должны получить архиепископа.

Эльга снова села и подумала немного.

– Да, – вздохнула она. – Так я и скажу. Но только… – она помолчала, – что же с Малушей-то делать? Девка выросла. К ней сватаются. При таком родстве у нее женихи найдутся, пусть она сейчас и раба… Не вечно ж мне ее так держать… Может, выдать и впрямь за кого-нибудь… не слишком родовитого… как Предславу…

– Нет, – прервал ее Мистина.

Эльга подняла глаза, по голосу его угадывая, что у него есть обдуманное решение.

– Не выдать ее надо, а продать.

– Продать? – растерянно повторила княгиня."

"– Да. Жидинам. Пусть везут в Самкрай или Итиль и там сарацинам продают. Она еще молода и, должно быть, девка целая, там ее купят на вес серебра один к одному и за Гурганское море увезут. А там уж пусть ее берет кто хочет. Там до ее рода никому дела нет, никто ее там не отыщет. А дети проданной матери никому не опасны.

– В былые времена конунги женились на проданных знатных женщинах.

– Это не делало чести ни им, ни их детям. Сколько их погибло из-за попреков рабским родом.

Эльга помолчала, раздумывая.