Ключи Марии

Если это и есть раскопанный город, то в таком случае понятно, почему на указателе стоял «пляж», а не памятник археологии.

Подошел к кромке воды. Спокойное море позволило хорошо рассмотреть под водой рядом с берегом такие же геометрически правильные остатки строений.

Бисмарк задумался. Оглянулся. Увидел справа на холме белую церковь, дальше, выше метров на триста, еще одну.

Настроение портилось. Захотелось силой воли остановить этот процесс. Попробовал настроиться на позитив. Он ведь еще ничего тут не увидел! Ну, вышел к пляжу или к части городища! Но если городище на берегу перед ним и под водой, то значит, оно может продолжаться и справа, и слева. Надо только хорошо осмотреться!

«Работа над собой» принесла плоды и более бодрой походкой Олег отправился к кустарникам справа от открытой прибрежной площадки. Пролез через заросли можжевельника, выбрался на небольшую полянку. Тут тоже из земли торчали камни, которые могли иметь отношение к древнему Палеополи, а могли и не иметь!

Олег опустился на корточки перед одним из них, обвел глазами ближайшие. В геометрическую фигуру они не «собирались», но выглядели слишком правильными, рукотворными.

Полез дальше. Нашел едва выглядывающий из земли каменный квадрат, похожий на колодец. Сюда, видимо, еще не добрались никуда не спешащие греческие археологи!

– Интересно, – задумался он. – А где находился центр этого древнего города?

Задумался, но понял, что ответа так просто не найдет. Для того, чтобы найти ответ на такой вопрос, надо или купить в музее брошюру, или провести тут несколько лет с лопатой. На самом деле, интереснее было бы самому разобраться и нарисовать такую карту со всеми линиями фундаментов и прочих остатков сооружений. Надо понять, где их больше, а где меньше… Это, собственно, все, что он знал о раскопках городищ и старинных поселений. И это все касалось науки, археологии, белой археологии, а не черной, к которой он имел отношение! А черная археология не подразумевает выдвигание гипотез, рисование карт и планов, анализ найденного.

Олег вздохнул. Впервые ему показалось, что белая археология – интереснейшее дело! Интереснейшее дело, если нет других проблем и если можно полностью погрузиться в нее, как с аквалангом на морское дно, полностью оторваться от дня сегодняшнего, его проблем и страхов.

Бисмарку вдруг показалось, что он стал греком. Он еще не мог понять, ощутил ли он себя древним греком или нынешним, но в нем вдруг пропал тот прежний азарт, который всегда подгонял его в спину, торопил, заставлял ходить быстро, думать еще быстрее, спешить с поиском ответов на вопросы. Он замедлился.