Ключ (СИ)

Не себя, конечно, а ее, эту чистую девочку, пока еще не познавшую любви, не познавшую мужчин, не прошедшую через жернова судьбы, которая, как выяснилось, диктует кромешникам и сроки, и жесткие условия. Она была обречена.

Глава 34

Когда Ассо добралась до телестудии, там уже вовсю записывали вечернюю программу для людей. Она встала в дверях, тихонько выглядывая из-за спины какого-то верзилы. Велемир был прекрасен, как и всегда. На этот раз поверх белой рубашки он надел серый жилет от костюма, в тон брюкам, а пиджака на нем не было. Выглядело это так, будто пиджак он снял, потому что «официальная часть» закончилась, и сейчас он говорит со зрителями по душам. Жилет подчеркивал спортивную фигуру, и ему, разумеется, это было известно.

Нет, у Ассо не было ни сил, ни желания вдумываться в то, чем занимается Велемир. Он ходил по студии с микрофоном, совал его под нос то женщинам, то мужчинам, временами задавал им какие-то вопросы, наверняка остроумные… Ассо ждала перерыва перед съемками программы для кромешников, которая интересовала ее куда больше.

Верзила шагнул назад и едва не наступил на маленькую Ассо. Она протестующе пискнула.

– Куда вы лезете в студию, – возмутился он шепотом, – тут же съемка идет?

– Простите, – сказала она, озаряя его взглядом своих огромных ясных глаз, а потом смиренно опуская ресницы.

– Ой, это вы меня простите, – залебезил он тут же. – Я вас толкнул? Вам же здесь неудобно стоять-то… В студию мы сейчас не можем входить, там съемки, вообще тут нельзя находиться… может, я вас пока развлеку?

От последнего слова в голове немедленно зазвенело. Вспомнился доброжелательный и слегка насмешливый басок: «Если вы хотите развлечься с моим сыном… если вам нужно мое отцовское благословение…» Перед глазами встало бледное лицо Матвея с ярко проступившими на побелевшей коже веснушками, с плотно сжатыми губами и сверкающими глазами. Ему была так невыносима эта мысль, даже в шутку, что он в этот момент едва не взорвался!

Следом память услужливо подкинула совет жены Анатолия: за обедом она все время отмалчивалась, а потом подстерегла Ассо для разговора наедине. «Считай дни и месяцы, девочка, – вкрадчиво проговорила она. – Считай. Если ты будешь баловаться с Матвеем, ты можешь сразу же залететь, кромешницам это свойственно. У тебя впереди почти год, кладем девять месяцев на беременность, и у тебя еще остается время на то, чтобы выскочить замуж за человека и потом залететь от него, но времени мало, мало. Если ты залетишь не сразу, ты можешь родить, не успеть замутить с человеком и сразу же вернуться навечно на дно реки. Не увлекайся. Не увлекайся никем. Меньше всего – полукровками. Послушай старших».