Ключ к нашей тайне

 – Никакого ноутбука, кроме того, что лежит на столе, мы в квартире не видели, а найдем, дадим знать. Наше дело убийцу искать, а уж с техникой вы как-нибудь сами разберетесь.

Нежелание брать на себя хоть малую толику чужой работы было мне знакомо.

– Его точно убили? – дрожащим голосом произнес Витя.

– Ну вряд ли он сам себе голову проломил, – поднимаясь, ответил Степан Ильич и добавил, прежде чем скрыться в коридоре: – Скоро вернусь.

Витя воспринял это как угрозу. Физиономия его приобрела подчеркнуто страдальческое выражение. Он с надеждой посмотрел на меня:

– Что там с программой защиты свидетелей?

– А ты что-то видел?

– Нет, – обреченно вздохнул он.

– Ну вот увидишь что-нибудь стоящее, будет тебе защита.

– А если они за мной вернутся?

– Кто?

– Грабители.

– Так у вас пропало что-то кроме ноутбука?

Он молча пожал плечами. А я тихо, но доходчиво проговорила:

– Не знаю, что у Космоса или у вас обоих за дела, но друга твоего жизни лишили не грабители. Те, кто приходит за чужим добром, с ним и уходит. Марать руки о хозяев – лишняя морока, не стоящая того, чем можно поживиться в обычной квартире.

Я подошла ближе, положила руку Вите на плечо и посоветовала:

– Со следствием сотрудничай, с девчонкой своей помирись, чтобы из вредности алиби тебе не испортила, глядишь, найдут виновного.

– А вы?

– А я постараюсь выяснить, куда снова испарился ноутбук. Очень рассчитываю найти его на посту охраны университета. Уж очень хороший совет ты другу дал. Рассчитываю, что после впечатляющего нападения женщины-кошки из кустов он как следует испугался, дал мозгам встать на место и все-таки последовал твоим рекомендациям.

Витя улыбнулся кончиками губ и покачал головой, словно пытаясь сбросить с себя наваждение.

Уже на улице я набрала номер Весты. Она ответила после второго гудка.

– Ты у родителей? – поинтересовалась я.

– Нет, а что?

– Есть новости. Говори, куда подъехать.

Она замешкалась.

– Лучше я сама, – и добавила тише: – Нашелся?

– Частично.

– Это как?

– Записывай адрес. Полчаса тебе хватит?

– Вполне, – заверила Веста и отключилась.

Я не стала удаляться далеко от дома. Зашла в ближайший магазин, купила мороженое и с удовольствием его съела. Пломбир в вафельном стаканчике всегда напоминал мне о лете, а еще о детском доме. Никакого другого мороженого, кроме самого обыкновенного пломбира, мы там не видели. И то каждый раз это воспринималось как праздник.

Веста примчалась раньше почти на десять минут. Запыхавшаяся и розовощекая, она остановилась возле подъезда и огляделась. Я приветственно помахала ей с детской площадки, ускоряя шаг. Судя по виду девушки, в этот раз она добиралась своим ходом.

– Где он?

– На пятом этаже. Прямо как моя любовь.