Ключ Гермеса Трисмегиста

Когда они подошли к улице, по которой одна за другой двигались шумные группы туристов, мужчина в бежевом костюме втолкнул своего спутника в дверной проем полуразрушенного дома и вполголоса проговорил:

— Отсюда ты ее увидишь!

— Но здесь так много туристов… — пробормотал «пират», — найти среди них ту женщину — все равно что найти иголку в стоге сена…

— А ты постарайся!

И тут молодой итальянец оживился:

— Да вот, вот же она! Светлые волосы, желтая кофта, бежевые короткие брюки! Она идет за толстой теткой с красным зонтом!

— Ты уверен? — переспросил мужчина с изрытым оспинами лицом. — Ты не ошибаешься?

— Уверен, уверен!

— Это хорошо, потому что другого случая у тебя не будет! — И он вонзил нож в шею «пирата».

— Девочки, девочки, не отставайте! — крикнула Джульетта, вертя головой. — Мальчики тоже! Сейчас мы увидим одну из самых знаменитых статуй в Помпеях, статую бога торговли Гермеса…

Вера обрадовалась Джульетте, как родной.

Она догнала группу, смешалась с толпой соотечественников, с удивлением думая о пережитом страхе и не понимая его причины.

Весь только что миновавший эпизод казался ей теперь ничего не значащим, ничтожным, пустяковым — ну, подумаешь, на несколько минут потеряла свою группу, столкнулась с каким-то молодым итальянцем, который всучил ей амулет… правда, он почему-то не взял за него денег, но может, ему что-то помешало… а может, вся эта сцена ей вообще померещилась от тяжелой помпейской жары?

Вера на всякий случай сунула руку в карман.

Амулет был там, куда она его положила, Вера почувствовала его шершавую поверхность, и ее охватило странное волнение.

Значит, эта сцена ей не померещилась. Значит, все это произошло на самом деле.

Впрочем, ничего особенного и не произошло…

Вера постаралась забыть об этом случае и сосредоточиться на том, что говорила Джульетта."

"— Сейчас мы с вами немножко пройдемся и увидим знаменитый дом Веттиев, — вещала она своим громким и хриплым голосом, — хозяевами дома были два брата, в молодости они являлись рабами, но потом выкупили свою свободу и разбогатели.

Их дом был одним из самых богатых домов в Помпеях…

Внезапно Вера ощутила то странное и неприятное чувство, какое бывает, когда кто-то смотрит тебе в спину. Она невольно вздрогнула, словно на помпейской жаре ее прохватил ледяной сквозняк.

Резко обернувшись, Вера оглядела улицу за своей спиной.

Там никого не было, во всяком случае, никто на нее не смотрел.

Разве что…

На стене одного из полуразрушенных домов Вера увидела каменную маску. Театральную трагическую маску — широкое лицо с полуоткрытым ртом, перекошенным ужасом или страданием, пустые темные глазницы, щеки, выщербленные временем, словно изрытые оспинами.