Нечестивые клятвы

- он наклонился и заставил мой затуманенный взгляд встретиться с его. — Это не твоя вина.

Глубокий голос Ренато согрел мою замерзшую кожу. Руки сомкнулись на моих плечах, и я встала. Я уставилась на мужчину, который собирался жениться на мне. Он стоял в луже крови, его темные глаза были устремлены на меня.

— Ты старалась изо всех сил, bambina. Это не твоя вина. - повторил он.

Элио отвернул меня от Паоло и Ренато и подвел к ящику, на котором сидел. От него пахло табаком, и этот аромат смешивался с резким металлическим запахом крови Паоло, покрывающей пол.

Я села на ящик, а Элио встал сбоку, безмолвной стеной поддерживая меня в вертикальном положении."

"Ренато теперь сидел рядом с умирающим. Его белая рубашка и кожа были испачканы красным. Он невозмутимо сел в лужу крови и положил руку на плечо Паоло, наклонившись, чтобы убедиться, что тот может его видеть. Паоло, казалось, немного очнулся от своего бреда, когда понял, кто держит его за руку.

— Элисия и ребенок... - пробормотал он. С каждой секундой его лицо бледнело все больше. Оставалось недолго.

— Семья. У них будет все, что им нужно, и что они захотят до конца своих дней. Они ни в чем не будут нуждаться, fratello mio14.

Паоло кивнул, тень улыбки тронула его бескровные губы, затем он задрожал.

— Здесь так холодно, я скучаю по солнцу. По солнцу на нашей коже, как тогда, когда мы купались на Капри. - Он замолчал и снова вздрогнул.

Ренато похлопал его по плечу и прижался лбом ко лбу Паоло.

— Вот где мы сейчас находимся, не так ли? Я чувствую солнце на своей коже, я чувствую запах апельсинов из рощи в Торре Сарасена.

Глаза Паоло закрылись, а на губах заиграла легкая улыбка. Это было последнее выражение его лица.

После того, как он ушел, Ренато еще долго сидел, прижав голову ко лбу мертвеца. Я не могла оторвать глаз от этой сцены. Залитый кровью босс мафии оплакивает потерю одного из своих людей.

Когда Ренато встал, он осторожно уложил Паоло, и Элио подошел помочь, закрыв глаза покойному.

Я одиноко стояла, вцепившись в края пиджака Ренато окровавленными руками. Затем зашевелилась, снимая его. Ренато шагнул ко мне, его рубашка представляла собой багровый кошмар.

— Оставь себе. - он многозначительно посмотрел на мои влажные волосы. — Не заболей.

— Так я должна думать, что теперь ты беспокоишься о моем здоровье?

Слова вырвались из меня прежде, чем я успела их остановить. Я была потрясена тем, что только что произошло, и звучала отчаянно. Я не могла примириться с тем, что мужчина, которого я только что видела утешающим умирающего солдата, может взять в заложники двух женщин и заставить одну из них выйти за него замуж.

Его взгляд пробежался по моему лицу, и темные глаза словно впились в меня. Я не могла выдержать его пристального осмотра. Он забрал весь воздух в комнате.