Безжалостные клятвы

Они соприкоснулись костяшками пальцев.

Роман чуть снова не замер. Сердце билось о ребра как крылья.

– О, я и забыла, – без заминки продолжала Айрис, махнув рукой. – Ты кладешь в чай только мед, как все поэты. Из-за тебя в редакции он всегда быстро кончался.

Роман был благодарен за эту легкомысленную смену темы.

– А ты любила молоко с небольшим количеством чая.

– Да ладно тебе, – отмахнулась Айрис, в самом деле наливая в свою чашку слишком много молока. – Так сытнее.

Это замечание отрезвило Романа. Он вспомнил, что в те дни в редакции никогда не видел, чтобы Айрис ела или делала нормальный перерыв на обед. Пока она не уволилась, он не понимал, что она старалась по возможности насытиться чаем. При этих мыслях ему до сих пор казалось, что его легкие полны воды.

– Вот, – сказал он ворчливо, чтобы скрыть, как ему хотелось отделаться от этих воспоминаний. – Я заказал закуски. Угощайся.

– Я в самом деле возьму сэндвич. – Айрис потянулась к нарезанному треугольниками огуречному сэндвичу, но вдруг прикрыла рот рукой. – О боги!

– Что?

Роман напрягся, наклонившись вперед и приготовившись бежать. Она увидела Вэла? Неужели вот-вот разразится катастрофа?

Айрис вздохнула.

– Я забыла сумочку в «Трибуне»! Оставила в спешке после твоего звонка. Я…

– Не волнуйся, все за мой счет, – мягко перебил Роман. – Я отвлек тебя от работы и должен хотя бы накормить.

Айрис приподняла уголки губ. Роман заставил себя уставиться в чай, чувствуя, как ноет в животе. В груди. В костях.

Прежде чем заговорить, он подождал, пока она съест два сэндвича и булочку.

– Меня послали по особому поручению, чтобы встретиться с тобой.

Айрис нахмурилась.

– Кто?

Имя Дакр вертелось на языке как осколок стекла. Роман сомневался, что будет разумно произносить его вслух, особенно перед Айрис: она не сможет скрыть своего отношения к богу. Особенно после всего, что Дакр сделал. С ее братом. Со страной. С Авалон-Блаффом. С армией и невинными мирными жителями. С ними обоими и будущим, о котором они мечтали.

Роман колебался. Об этой части встречи он беспокоился больше всего, однако с непринужденностью полез в карман плаща и нашел там письмо Дакра вместе с тем, которое сам написал утром. Вытащил оба, держа изящный голубой конверт сверху, а свою записку под ним.

– Прочти, когда будешь одна. – Он протянул их Айрис.

Она нахмурилась еще сильнее, когда увидела свое имя, написанное незнакомым почерком, но взяла конверт и почувствовала под ним сложенный листок. Держа оба письма, Айрис посмотрела на голубое и убрала оба в карман своего плаща.

Если Вэл смотрит, ни за что не поймет, что она получила два письма.

– Хорошо. – Айрис допила чай и отставила чашку. – Хочешь еще что-нибудь мне сказать?"

"Роман смотрел на нее.