Безжалостные клятвы

Айрис умылась, расчесала волосы, нашла в шкафу чистый свитер бледно-розового цвета, в котором чувствовала себя смелее, и клетчатую коричневую юбку. Надела чулки до колен, ботинки и отправилась в «Печатную трибуну».

Форест уже ушел на работу, но оставил записку на кухонном столе: «Сара придет вечером на ужин. Поможешь решить, что приготовить? Она не любит оливки и грибы. И еще: пожалуйста, не задерживайся дотемна».

Это было единственное светлое пятно в ее утре, и в трамвае тревога уменьшилась. Было забавно представлять, как брат готовит ужин для девушки, которая ему приглянулась. Но как только Айрис вошла в редакцию, ее страхи вернулись десятикратно. Где же Роман, почему не ответил? Тревога лежала на сердце камнем.

Этти уже сидела за столом, просматривая заметки. Когда Айрис рухнула на стул, она подняла голову и заметила:

– Ты сегодня рано.

– Ты тоже, – ответила Айрис, но не успела больше ничего сказать, потому что ее внимание привлекла Хелена, которая вышла из своего кабинета налить чаю.

Вид у начальницы был изнуренный, как будто она не спала. Поникшие плечи, потускневшие рыжевато-каштановые волосы, под глазами фиолетовые круги. Хелена отпила глоток обжигающе горячего чая, даже не поморщившись, и вернулась в кабинет, не сказав никому ни слова. Айрис и Этти встревоженно переглянулись.

– Две причины, – прошептала Этти, наклонившись ближе. – Первая: я слышала, что Хелена наконец бросила курить. Вторая: «Кладбище» хочет, чтобы она не публиковала без их одобрения репортажи о войне богов.

– Они такие не одни, – сказала Айрис и вздрогнула, вспомнив тот вечерний выстрел. После ужина Саре пришлось ночевать у них, потому что ходить по улицам вечером было слишком рискованно. – Какой прок в прессе, если мы не можем писать о том, чему были свидетелями? Если не можем делиться местными новостями?

Этти вздохнула и взяла чашку чая.

– Им не понравился наш репортаж о том, как солдат Энвы и раненых не пустили в город.

Эта статья вышла вчера утром. Айрис прикусила губу.

– Откуда ты знаешь?

– Вот. – Этти бросила на стол конверт. – Утром это лежало на столе Хелены.

Айрис достала из конверта письмо и вздрогнула, когда посыпались цветы. Два сплющенных анемона: красный и белый.

– Цветы?

– Думаю, это визитная карточка их лидера, – ответила Этти. – Может, он так подчеркивает значимость приказа? Хотя у меня есть теория.

– Какая?

– Цветы представляют Дакра и Энву и надежду «Кладбища» похоронить обоих навечно.

Рассмотрев анемоны, Айрис развернула письмо и прочла:

Мисс Хаммонд из «Печатной трибуны»,

с этого дня мы просим все статьи о богах и солдатах сначала показывать нам для одобрения. Неисполнение этого требования приведет к нежелательным последствиям для вашей газеты.