Клятва рыцаря

 — Она удивленно посмотрела на мать, приглушенно хихикнувшую от такой нелепости. — Затем я решила больше не думать о Кормаке. Но если даже мне удалось бы забыть его, разве могла я позволить себе не думать о нашем будущем ребенке?

— Конечно, не могла. Значит, ты решила сказать Кормаку об этом?

— Нет, мне хотелось поговорить с ним о другом. У нас не было возможности объясниться, так как он постоянно окружен моими родственниками. Я рассчитывала, что после разговора с ним развеются некоторые мои сомнения. Пока я не уверена, что Изабель окончательно ушла из нашей жизни.

— Из-за мальчика?

— И из-за него тоже. Если я вижу в нем образ его матери, то и Кормак может видеть то же самое.

— Изабель плохо обращалась со своим ребенком, и Кормак знает об этом. Она не била ребенка, но всячески старалась заставить его чувствовать себя нелюбимым и никому не нужным. Агнес рассказала мне также, что однажды, когда ребенку было шесть лет, леди Изабель появилась во время купания Кристофера. Ничего особенного не произошло, так как Агнес была на страже, однако, когда Изабель, как-то слишком пристально посмотрев на мальчика, настояла на том, чтобы самой обтереть его, Агнес испугалась за него. При дворе ходили слухи, что леди Изабель любила безбородых юнцов, еще не знавших женщин. — Молди содрогнулась. — Я не чувствую глубоких шрамов на сердце Кристофера, хотя кое-какие раны все же есть. Ему будет нужна особая забота.

— Ты считаешь, что мне следует отбросить все свои сомнения ради этого несчастного мальчика?"

"— Да, я так считаю. Ты должна как можно скорее разобраться со своими проблемами, потому что все ваши недоразумения с Кормаком могут плохо отразиться на ребенке. Однако сейчас не время заниматься этим. И если уж говорить начистоту, детка, ты в любом случае будешь обвенчана завтра. Ты носишь ребенка Кормака, и он привез к тебе своего сына, явно желая, чтобы вы образовали семью. Нельзя забывать и об Алане. А я уверена, что ты любишь Кормака и что он и есть тот человек, который тебе нужен. Нельзя пренебречь всем этим из-за страха перед уже мертвой женщиной или из-за беспокойства по поводу клятвы, данной юношей в шестнадцать лет.

Элспет не видела смысла продолжать этот разговор. Ее мать вполне ясно изложила свою позицию, а ее последние слова заставили Элспет почувствовать себя беспомощной и слабой. Они поговорили о том, кто будет завтра присутствовать на свадьбе, а затем мать проводила ее в спальню и, ласково поцеловав, пожелала доброй ночи, выразив этим свою поддержку.

Слова матери звучали в голове Элспет и утром, когда она шла в детскую к маленькому Алану и Кристоферу. Она понимала, что ей некогда будет сделать это потом, когда начнется суматоха, вызванная прибытием множества маленьких детей ее родственников.