Бархатная клятва

Кто, по-твоему, управляет его землями?

— Я никогда не думал об этом.

— Мать-настоятельница управляет такими огромными владениями, что по сравнению с ними земли короля кажутся жалкой фермой. Твои и мои земли — крохотный кусочек монастырских владений. В прошлом году мама возила меня на встречу с настоятельницей. Я провела рядом с ней целую неделю. Она очень интересный человек. Она руководит тысячами работников и управляет тысячами акров земли. У нее нет… — Глаза Джудит лукаво блеснули. — ..времени на женскую работу.

Несколько мгновений Гевин озадаченно смотрел на нее, потом расхохотался.

— Меткий удар. Что там говорил Рейн насчет твоего чувства юмора? Признаю свою не правоту.

— Мне казалось, что ты должен больше знать о жизни в монастыре, так как твоя сестра монахиня.

При упоминании о сестре лицо Гевина озарилось каким-то внутренним светом. Он улыбнулся.

— Не могу представить, чтобы Мери управляла поместьем. Даже в детстве она была так нежна и застенчива, что казалась существом из другого мира.

— И поэтому вы решили отдать сестру в конвент.

— Это было ее решение, и, когда я унаследовал владения отца, она ушла от нас. Я хотел, чтобы Мери жила здесь независимо от того, выйдет она замуж или нет, но она пожелала быть рядом с сестрами.

Гевин разглядывал свою жену и размышлял о том, что она сама была близка к тому, чтобы всю свою жизнь провести в конвенте. На рыжие волосы Джудит упал солнечный луч, и они вспыхнули огнем. От ее взгляда, лишенного гнева и ненависти, у Гевина перехватило дыхание.

— Ой! — вскрикнула Джудит, нарушив очарование. Она смотрела на палец, который уколола о розовый шип.

— Дай взглянуть, — проговорил Гевин и взял се крохотную ручку в свою. Он вытер капельку крови и поднес палец к губам, продолжая при этом пристально смотреть Джудит в глаза.

— Доброе утро! — Они подняли головы к окну, которое располагалось прямо над садом. — Жаль, что пришлось прервать вашу любовную игру, — объявил Рейн, — но дело в том, что мои слуги, по всей видимости, совсем забыли обо мне. А с этой чертовой ногой я мало чем отличаюсь от заключенного.

Джудит вырвала руку и отвела глаза, ее щеки почему-то залил яркий румянец.

— Пойду помогу ему, — сказал Гевин и поднялся. — Рейн говорит, что сегодня уезжает. Может, мне удастся его немного поторопить. Так ты поедешь со мной за лошадью?

Джудит кивнула, но так и не подняла глаза.

— Я вижу, ты делаешь успехи, — заметил Рейн, с помощью Гевина спускаясь по лестнице;

— Было бы гораздо лучше, если бы некоторые не орали из окна, — с горечью проговорил Гевин.

Рейн фыркнул. Его нога еще сильно болела, у него совсем не было желания отправляться в длительное путешествие до своего поместья, поэтому он пребывал в дурном настроении.

— Эту ночь ты провел без нее.