Бархатная клятва

Ключи от кандалов висели на стене. Гевин зашевелился как раз в тот момент, когда она освободила его. Он начал падать, но в последнее мгновение удержался на ногах. Открыв глаза, он увидел, что обнаженное тело жены испачкано кровью, а у его ног лежит Уолтер с торчащим из спины мечом.

— Прикройся! — сердито бросил он. Джудит совсем забыла, в каком она виде. Ее платья являли собой жалкую кучку лохмотьев. Открыв сундук, стоявший в ногах кровати, Джудит достала одежду Уолтера. Она колебалась, не желая прикасаться к тому, что принадлежало ему. — Давай! — сказал Гевин, бросая ей шерстяную рубаху. — Его наряд будет тебе очень к лицу. — Он подошел к окну, не дав ей возможности ответить.

Да она и не могла говорить, так как находилась под впечатлением от того, что совершила, убив человека.

— Стивен здесь, — объявил Гевин. — Он сделал подкоп, и камни рухнули. — Подойдя к Уолтеру, он поставил на него ногу и выдернул меч. — Ты разрубила ему позвоночник, — холодно заметил он. — Теперь буду знать, что нельзя поворачиваться к тебе спиной. Ты наносишь мастерские Удары.

— Гевин! — раздался от двери знакомый голос.

— Рейн! — прошептала Джудит, и слезы потекли у нее по щекам.

Гевин подскочил к двери и открыл засов.

— Ты в порядке? — спросил Рейн, обнимая брата за плечи.

— Да. Где Стивен?

— Внизу, с остальными. Мы с легкостью взяли замок, как только рухнули стены. Горничная и твоя теща ждут внизу. С ними Джон Бассетт. Но мы не можем найти Джудит.

— Она там, — равнодушно произнес Гевин. — Присмотри за ней, пока я разыщу Стивена. — Пройдя мимо Рейна, он вышел из комнаты.

Рейн шагнул внутрь. Он не сразу увидел Джудит, сидевшую на сундуке и одетую в мужскую рубаху, из-под которой выглядывали ее голые ноги. Она подняла на него полные слез глаза. У нее был такой несчастный вид, что у Рейна защемило сердце. Забыв о раненой ноге, все еще стянутой бинтами, он бросился к ней.

— Джудит, — прошептал он и нежно обнял невестку.

Джудит не колеблясь уткнулась в его плечо и разрыдалась.

— Я убила его, — сквозь слезы с трудом выговорила она.

— Кого?

— Уолтера.

Рейн нежно прижал ее к себе, оторвав при этом от пола.

— Он заслужил, чтобы его убили! Джудит не подняла головы.

— Я не имела права! Господь…

— Тихо! — приказал Рейн. — Ты сделала то, что должно. Чья это кровь на стене?

— Артура. Он был вассалом Уолтера.

— Ну ладно, не плачь. Все будет хорошо. Пойдем вниз, твоя горничная поможет тебе одеться. — Он не хотел знать, почему ее одежда изрезана в лохмотья и валяется на полу.

— Мама в порядке?

— Да, и это еще мягко сказано. Она смотрит на Джона Бассетта такими глазами, будто он сам мессия, спустившийся с небес.

Джудит отстранилась от него.

— Ты богохульствуешь!

— Не я, а твоя мать.