Бархатная клятва

Джон удивленно покачал головой. Эта женщина опять показала, насколько умна. Он не завидовал лорду Гевину; решившему приручить ее.

Они не могли взять много рыцарей для охраны — нельзя было оставить замок без защиты, — к тому же большая часть людей Гевина находилась у стен поместья Демари. Поэтому они были рады, что им предстоит короткое путешествие.

Пока Джон отдыхал и отъедался, Джудит работала. Она приказала нагрузить несколько фургонов зерном и консервированными продуктами, чтобы доставить их в лагерь. В еще одну повозку сложили ее одежду: самые красивые платья из бархата, шелка, парчи, кашемира, а также большой, отделанный железом ларец с драгоценностями.

Когда Джон пробормотал что-то о любви женщин к показухе, Джудит устроила ему нагоняй.

— Уолтер Демари волочится за женщинами, которых считает красивыми. Ты хочешь, чтобы я появилась перед ним в домотканом платье? Он скажет, что передумал, и тоже бросит меня в колодец. Он, должно быть, страшно тщеславен — в противном случае он не требовал бы, чтобы женщина, с которой он едва знаком, бросила бы мужа и объявила о своей любви к нему. Следовательно, мне придется удовлетворять его тщеславие и надевать самые дорогие одежды.

Джон несколько секунд смотрел на нее, потом отвернулся. Он не знал, восхищаться ею или сердиться на себя за то, что у него не хватило сообразительности додуматься до такой простой вещи.

Под напускной храбростью Джудит скрывала страх. Однако как она ни старалась, ей так и не удалось придумать какой-нибудь другой план.

Всю ночь она лежала без сна и размышляла. Демари не прислал никакого письма. Возможно, он уже убил Гевина и Элен, и самопожертвование Джудит ни к чему не приведет.

Она провела руками по животу, заранее зная, что он еще плоский и упругий. Теперь она уже не сомневалась, что носит под сердцем ребенка Гевина. Может, малыш является косвенной причиной того, что она решила спасти мужа?

Когда поднялось солнце, Джудит неторопливо надела удобное шерстяное платье. Она была на удивление спокойна, словно уже подошла к тому пределу, из-за которого нет возврата. Она спустилась в маленькую церковь, чтобы помолиться. Она будет просить Господа за всех них — за мужа, за мать и за еще нерожденное дитя."

"Уолтер Демари сидел за деревянным столом в большом зале замка своего отца. Когда-то стол украшала искусная резьба, изображавшая сказочных животных, но со временем почти у всех этих чудовищ отбились головы. Уолтер рассеянно пнул курицу, которая клюнула его в короткие, тощие ноги. Он изучал лежавший перед ним пергамент и не смотрел по сторонам. Отец отказался оставить ему что-либо еще, кроме этой жалкой заброшенной башни. Уолтер подавил разраставшееся в нем чувство обиды и сосредоточился на том, что ему предстоит.