Клинок убийцы (сборник)

Он смотрел на нее, как умел смотреть только он, лукаво подмигивая. А его глаза светились добротой, и Селена в который раз подумала, что Саэм гораздо лучше ее. Добрее. Великодушнее.

Не размышляя, Селена шагнула к нему и крепко обняла.

Саэм опешил, но уже через мгновение сжал ее в своих объятиях. Селена вдыхала все запахи, что исходили сейчас от него: запах пота, противный запах каменной пыли, от которой першило в горле, металлический запах крови… Щека Саэма покоилась у нее на макушке. Селена не помнила… честное слово, она не помнила, чтобы кто-то ее обнимал. Нет, вспомнила! Это было год назад. Она вернулась двумя часами позже установленного срока да еще и растянула ногу. Бун очень обрадовался и обнял ее. Он боялся, что Селену захватили королевские гвардейцы. Сочувствие Буна удивило и потрясло ее тогда.

Но то объятие было иным. Дружеским. Саэм обнимал ее совсем не так. Ей захотелось свернуться калачиком и греться в его тепле, хотя бы на мгновение забыв обо всех заботах и опасностях.

– Саэм, – пробормотала она.

– Да, – отозвался он.

Селена осторожно высвободилась из его рук.

– Если ты когда-нибудь хоть словом проболтаешься, что я с тобой обнималась… я из тебя кишки выпущу.

Саэм оторопело посмотрел на нее, покачал головой и вдруг засмеялся. Он смеялся все громче и громче, пока каменная пыль не набилась ему в горло и он не закашлялся. Селена молча наблюдала за ним, не находя в случившемся ничего смешного.

– Идем, Сардотин, – сказал Саэм, выплевывая попавшую в рот пыль и обнимая Селену за плечи. – Рабов ты освободила, свой след в пиратском городе оставила. Может, пора и домой возвращаться?

Селена бросила на него косой взгляд, но не выдержала и улыбнулась.

Убийца и целительница

Глава 1

Эта странная молодая женщина жила в «Белом поросенке» уже два дня. Держалась она замкнуто, ни с кем не вступая в разговоры, если не считать Нолана. Но и ему она бросила лишь несколько фраз. Зато он, видя ее дорогие черные одежды, лез из кожи вон, стараясь угодить.

Нолан отвел ей лучшую комнату: туда он обычно селил постояльцев, чьи кошельки намеревался опустошить дочиста. Его не смущал ни глубокий капюшон, скрывавший лицо женщины, ни то, что ее высокая, худощавая фигура была обвешана поблескивающим оружием. К чему смущаться, когда пальцы гостьи, обтянутые черной перчаткой, небрежно швырнули ему золотую монету? Когда ее плащ украшала изысканная золотая брошь с рубином величиной с яйцо малиновки?

Вообще-то, Нолан не боялся никого. Разве что тех, кто мог скрыться, не заплатив за постой. Однако и тогда им двигал не столько страх, сколько алчность и гнев."

"Ириана Торас наблюдала за гостьей из-за стойки в зале таверны. Совсем молодая и одна. Облюбовала стол в дальнем углу и сидит не шевелясь. Есть чему удивляться.