Клиника верности

Виктор Сергеевич, когда у нас заказывает, первым делом спрашивает: а от доктора Анциферова нету? Единственное, что нас тревожит, это ваш моральный облик. Как бы вы чего-нибудь не нагуляли на свободе.

Он энергично замахал руками и уверил сестру, что это практически невозможно.

— Жениться вам надо, Иван Сергеевич! И вам хорошо, и нам спокойнее будет. Обязательно надо жениться, — убежденно повторила сестра.

— Было бы надо, давно б женился, — отшутился Иван и поблагодарил за чай.

«Чем думать да гадать, лучше съездить и узнать», — рассудил он и поехал к Илье Алексеевичу.

Он развязно вошел в приемную, но тут же вытянулся в струнку под строгим взглядом секретарши. Иван знал, что раньше она была учительницей русского языка и многие аспиранты за скромную мзду давали ей править ошибки в своих работах. Но до сегодняшнего дня он ни разу не видел Людмилу Федоровну и был потрясен ее внушительной мощью.

— Анциферов для беседы прибыл, — отрапортовал он и заслужил благосклонный взгляд.

Людмила Федоровна поговорила с боссом по селектору.

— Можете войти.

Кабинет Ильи Алексеевича оказался огромным, маленький хозяин еле виднелся за письменным столом. На стене висели российский герб и выполненный маслом портрет какого-то упыря в очках. Судя по белому халату, упырь имел отношение не к власти, а к медицине, и это Ивану понравилось. Портреты президентов в кабинетах любых руководителей его раздражали.

— Заходи, Ваня, — Илья Алексеевич поднялся из-за стола, — садись. Сейчас мы с тобой выпьем чего-нибудь…"

"Он заглянул в шкаф, достал коньяк и коробочку конфет «Мерси». Иван принял у него бутылку.

— Открывать должен младший по званию, — сказал он, точным движением откручивая золотистую пробку.

— Ну давай. — Илья Алексеевич приветственно поднял стакан.

Коньяк был хороший, выдержанный.

«Интересно, что это он вздумал меня поить? Что ему вообще может быть нужно от меня?» — недоумевал Анциферов, изумленный странным поведением главврача.

— Как у тебя дела, Иван?

— Да нормально все.

— О чем думаешь? Какие у тебя цели в жизни?

— Цели? — Анциферов приподнял бровь.

— Ну да, цели. Приоритеты.

— Да никаких особых целей у меня нет.

— Но ты же о чем-то мечтаешь, к чему-то стремишься. Расскажи, пожалуйста.

— Да ни к чему я не стремлюсь. Живу себе, как живется.

— И все-таки, — настаивал Илья Алексеевич, наливая по второй. — Поверь, это не праздное любопытство.

«Наверное, хочет меня взять на работу, — решил Ваня. — Что ж, было бы неплохо».

— Илья Алексеевич, вы задали сложный вопрос. Я предпочитаю перед собой глобальных целей не ставить. Понимаете, наши цели мы определяем в своем сознании, верно? А что есть наше сознание, как не отражение действительности? То есть зеркало.