Клиника одиночества

 – Сами по себе распущенные волосы не старят, но психологический эффект срабатывает всегда. Так люди видят меня и думают: о, молодая баба, а прическа как у старухи. А если я появлюсь с локонами до плеч, они скажут: ей о душе пора думать, а она, как русалка, патлы распустила. Это подсознательные реакции, знаешь, как говорят – если не хотите испортить впечатления, никогда не предупреждайте, что сейчас в комнату войдет красивая женщина. Длинные волосы – это признак юности».

Люба взяла с прилавка зеркало и пристально вгляделась в свое отражение, пытаясь представить, как будет выглядеть с башней на голове. «Я стану похожа на директора школы», – подумала она с отвращением и положила зеркало на место. Обладая безупречной формой головы и шеей, как у Нефертити, Люба носила ежик с девятого класса, и до сегодняшнего дня ей не хотелось ничего менять. Неужели это влияние Максимова? Пока он не стал на каждом свидании информировать ее, что гораздо больше любит женщин с длинными волосами, чем с короткими, у нее не возникало мыслей о смене прически. Получается, он начинает управлять ее сознанием? Как говорится, если вы страдаете паранойей, это еще не значит, что за вами не следят...

«Ни за что не буду отращивать волосы!» – строго сказала она себе и решительно зашла в расположенную тут же маленькую парикмахерскую. Мастер пожала плечами, но укоротила волосы на полсантиметра, успевшие отрасти с последней стрижки, и покрасила ежик цветом «венецианская бронза». После этих манипуляций Любина голова стала напоминать гранат, такая же гладкая и красная.

«Вот и славно! Максимов должен знать, что я не собираюсь подчиняться его фанабериям! Он говорил на днях, что терпеть не может неестественный цвет волос. Пусть видит, что его жизненные предпочтения не являются для меня руководством к действию».

Подбирая под гранатовую голову гранатовую же помаду, Люба спросила себя: «Интересно, если бы я сказала, что обожаю усатых мужчин, а Борис взял бы и сбрил свои усы на следующий день? Обиделась бы я?»

Потом она вспомнила, что просила Максимова расстаться с усами, но он напыщенно заявил, что не собирается ничего менять в своем облике. А раз так, она тоже не будет."

"Зоя открыла ей взбудораженная, в шортах и майке. Глядя на ее сияющие глаза, Люба запоздало подумала, что теперь, наверное, не стоит приходить к ней так вот запросто, без звонка.

– А, приветики! Заходи.

– Ты не одна? – прошептала Люба.

– У меня Иван Сергеевич, ты с ним знакома. Видела, когда помогала убирать учебную комнату. Да входи же!

– Я просто принесла тебе маленький презент по случаю гонорара.

– Спасибо. Батон? Отлично, у нас как раз хлеба нет. – Зоя почти насильно втянула ее в прихожую. – Давай-давай, раздевайся!

– Неудобно, Зоя. Я тебе багет оставлю...