Клиника обмана

 – Да хоть бы и была! Что за слепая наивность, что за идиотская вера в мою честность и бескорыстие?»

Очень хотелось кофе, но Валентин знал: когда его кухарка Фаина Петровна наводит блины, лучше на кухне не появляться.

Помаявшись в гостиной, он осторожно приоткрыл кухонную дверь: Фаина укутывала блинное тесто в одеяло, словно новорожденного, а Катя резала лук, при этом из глаз ее текли слезы.

Он встал на пороге, хотя за все, что угрожало повредить всхожести теста, от кухарки можно было запросто получить втык.

– Фаина Петровна, что это вы ребенка обижаете?

– Это ей же на пользу! – ответила повариха и двумя взмахами ножа развалила тушку форели.

– Она уже достаточно надышалась фитонцидами, я ее у вас забираю. Катя, приготовь мне кофе и принеси в гостиную.

Через несколько минут она явилась с подносом и с улыбкой спросила:

– Куда поставить, Валентин Константинович?

Он в два глотка выпил кофе и подумал, что ее улыбка была какой-то… многозначительной. Неужели девчонка догадалась? Говорят, они это сразу чувствуют…

«Насколько все было бы проще, если бы Аня была обычной девушкой!» – думал Витя. Ему впервые предстояло посетить богатый загородный дом, и он очень робел. Хорошо хоть, на блины пригласили, с ними просто – скрутил блинчик и отрезай по кусочку. А если бы на рябчика какого-нибудь или рыбу? Вчера Сотников спешно взял урок столового этикета у Грабовского, тот рассказал, как надо закладывать салфетку и брать еду с общего блюда, но ведь всего за один раз не расскажешь!

Выйдя из маршрутки, Витя поправил красивую фестончатую обертку на букете белых роз. На цветы ушла почти вся стипендия, но он надеялся, что друзья и Министерство обороны помогут ему продержаться до следующей.

Следуя толковым Аниным инструкциям, он сразу вышел к нужному дому. За высокой оградой светили фонари цвета яйца всмятку, и в их свете и дом, и участок показались Вите огромными.

«Спрячь за высоким забором девчонку, выкраду вместе с забором!» – подбодрил он себя строкой из песни, перехватил букет, как винтовку, и позвонил в домофон."

"Аня в джинсовом сарафане и белой блузке выскочила на крыльцо и замахала ему рукой, свет из дверного проема лег на крыльцо, как дорожка. Витя в три прыжка преодолел расстояние, отделявшее его от Ани, и вручил букет.

– Ох, какой красивый! Спасибо. Проходите, давайте шинель…

– Я сам повешу. Обувь снимать?

Витя подумал, как нелепо будет выглядеть в форме и каких-нибудь смешных домашних тапочках.

– Нет, у нас не принято, только ноги вытрите, пожалуйста. Пойдемте, покажу, где вымыть руки.

Он шел за ней через просторный холл и, как ни старался, не мог оторвать взгляда от ее ног с крепкими икрами спортсменки…

Сверкающая ванная оказалась огромной – больше его комнаты в общежитии.