Клиника обмана

А ты, Лада, красивая, но не королева его грез! Найди себе мужа, пока не поздно».

Но где взять время на ухажеров, когда требуется то отвести Анечку на прививку, то купить ей комбинезон? Да и вдруг Валя влюбится в нее именно сегодня? Именно сегодня захочет сделать предложение, придет, окрыленный тем, что наконец-то полюбил лучшую женщину на свете?

По выходным они гуляли втроем, и Ладе становилось то радостно, что люди вокруг видят их и завидуют их счастью, то горько – оттого что на самом деле все было совсем не так.

Анечку она полюбила искренне, всем сердцем, не задумываясь, что в жилах девочки течет кровь мужчины, которого она безмерно любит, и женщины, которую страстно ненавидит… ненавидела.

Ладу ужасно мучило чувство вины, ведь это из-за нее Анечка осталась без матери… Значит, она должна стать лучшей матерью, чем Соня.

Валентин Аню обожал и любил повторять, что теперь она единственная женщина его жизни. Иногда Лада, набравшись храбрости, говорила, что ребенку нужна мать, но он отмахивался: «Не могу же я ради этого жениться на какой-нибудь мымре? А ты, Лада, прекрасно справляешься с ролью мамочки».

«Господи, – думала Лада, – когда же он наконец сложит два и два?»

Он быстро рос как ученый, к окончанию института у него было уже несколько предложений от зарубежных коллег, тем более Сумароков тяготел к чистой науке, и ему предлагали должности, не связанные с врачебной практикой, стало быть, не нужно будет подтверждать диплом. Лада со страхом думала, что пройдет год и он уедет навсегда.

Но тут произошло ничтожное событие, имевшее грандиозные последствия: в детском саду у Ани отняли роль Белоснежки.

Роль была ей обещана, девочка выучила все стишки, а Ладина мама соорудила костюм, в точности повторявший костюм Белоснежки из диснеевского мультика. Лада специально выпросила у коллеги хороший фотоаппарат и обегала все магазины в поисках белых чулочек в красную полоску.

За два дня до представления роль передали девочке, у которой был богатый папа.

Аня рыдала, а Валентин рвался в детский сад уничтожить воспитательницу, Лада с мамой удерживали его буквально силой."

"– Это что, если я бедный, каждая сука может в душу наплевать моему ребенку?! – орал он. – Значит, любая дочка торговца с рынка будет лучше моей? Чей папаша проплачивает, те умные и талантливые, а бедные пусть слезами умываются? Нет уж, хрен! Мою дочь никто больше не посмеет обидеть! Эта сука еще на карачках приползет к моей девочке с ролью в зубах, лишь бы только Анечка согласилась сыграть.

Лада и не думала, что Валентин примет детские обидки так близко к сердцу. Но он нажал на все педали, весь вечер висел на телефоне, то орал, то умильно ворковал, в итоге нашелся человек, способный воздействовать на коварную воспитательницу, и роль вернули.