Клиника измены. Семейная кухня эпохи кризиса (сборник)

Золотая осень быстро отошла, голые ветви деревьев рисовали на небе грустные узоры, и даже вечнозеленая трава на газонах намокла, почернела. Очень скоро на земле воцарится сумрак, и серые тени будут прятаться за каждым деревом, пока не выпадет первый снег.

Солнце село, лужи на дорожке засияли отражением редких фонарей, и Марине вдруг подумалось, что сбежать отсюда не составит труда, в сумраке никто и не заметит, как она перелезет через забор. Хотя она и так может в любой момент уйти домой совершенно официально. Но что ее ждет тогда? Администрация воспользуется ее нежеланием лечиться в стационаре и уволит, значит – никаких выплат по больничному. Да Марина и сама чувствовала себя бомбой замедленного действия. Ладно, в первый раз ей просто померещились пришельцы из ада, а вдруг в следующий она примет за них мужа или, не дай бог, ребенка?

В конце аллеи она заметила колоритную фигуру. Высокий мужчина, облаченный в кожаные одеяния с головы до ног. Марина узнала и куртку-косуху со множеством заклепок, и узкие штаны, и альпинистские сапоги по колено, со сверкающими в темноте белоснежными шнурками. Длинные густые волосы ниспадали красивыми волнами, а в руках человек нес замечательную розу – огромную, на длинном толстом стебле, с мясистыми лепестками.

– Вот смотрю я на тебя и не пойму, кто это меня посетил – то ли новый глюк, то ли главный медбрат приемного покоя!

Марина взяла цветок и расцеловалась с Валерой. Он галантно предложил ей руку. Через рукав куртки она почувствовала исходящую от Валеры волну спокойной, деятельной доброты…

Они неторопливо двинулись в обход парка.

– Все за вас переживают, – сказал Валера. – Психиатр, который ваш психоз купировал, организовал сбор средств на ваше лечение.

– Да ладно!

– Честное слово! Сам не пойму, откуда у него такая здравая идея? Он вообще-то за много лет работы поднабрался от своих пациентов, обычно с ним общаться… Прости, мозг! Всему верит, что ему психи говорят, а потом начинает меня в этом убеждать. Бабушка девяноста лет придет, скажет, что беременна, он ее к гинекологу отправляет: а вдруг?

– Действительно, Валера, всякое в жизни бывает. Далеко не все сходят с ума с такой помпой, как я. Некоторые сползают с катушек незаметно.

Валера кивнул и пробормотал, что, столько лет отработав в приемном отделении, он не встретил еще ни одного нормального человека, кроме Марины Львовны, а теперь вот и она…"

"– И все равно по сравнению с некоторыми персонажами вы просто эталон нормальности! Вот вчера, например. Двенадцать ночи. Являются родители с пятнадцатилетней девахой. Она засунула себе в ухо яблочную косточку. Непонятно зачем, ну да ладно.