Дитя клевера

Невероятно!

Дот натянула на себя одеяло до самого подбородка и несколько раз ударила ступнями по матрасу. Ее распирало от радости и ликования. В этот момент она начисто забыла о том, что ждет ее завтра на спичечной фабрике, она забыла про свой любимый «Селфриджез» и про свою работу в галантерейном отделе, которая ей так нравилась. Какие это все мелочи в сопоставлении с главным! Она танцевала перед самой Эттой Джеймс! Дот чувствовала себя самой настоящей кинозвездой. Точнее, как взаправдашняя леди Кловер Арбутнот!"

"Сол почистил зубы, ополоснул лицо холодной водой. Потом переоделся в пижаму. Взъерошил волосы и снова глянул на собственное отражение в зеркале. И тут же представил себе, как рядом с ним стоит его любимая девушка. Вспомнил, как она стояла перед ним в одних трусиках и лифчике. И как смотрела на него сегодня вечером, когда они танцевали… Вот так оно все и будет, когда они поженятся! Вместе будут готовиться ко сну, совершать вечерние омовения в одной ванной, и ставни на окнах будут распахнуты настежь, а потом они станут обсуждать в мельчайших подробностях все события минувшего дня и вдыхать пьянящие ароматы цветущего жасмина. Сол вдруг так явственно почувствовал этот запах. И по спине тотчас же пробежала волна радостного возбуждения. Вот оно, предчувствие счастья, которое будет длиться вечно.

Дот повернулась на бок и представила себе лицо Сола и то, как он смотрит на нее. Потом представила его спящим: ровное дыхание, мерно вздымается и опускается грудь. Она извлекла подушку из-под головы и положила ее себе на грудь, потом обхватила подушку руками и крепко прижала к себе.

– Спокойной ночи, дорогой! – прошептала она, зарываясь лицом в пух. – Сладких тебе снов, мой самый красивый мужчина на свете!

Она долго не могла уснуть. Казалось, что сама кровь, которая бурлила в ее жилах, тоже напиталась той радостью, тем ощущением вселенского счастья, которое буквально распирало ее и гнало сон прочь.

Неслышно ступая шлепанцами по мягкому шерстяному ковру, которым был устлан пол в коридоре, Сол прошествовал к себе в спальню и плотно закрыл за собой дверь. Мельком глянул на инкрустированное бюро. На крохотных блюдцах из сплава олова лежали его запонки, жесткие прокладки из слоновой кости для воротничков. И снова он представил себе, как со временем рядом с его вещами на ночном столике или трюмо появятся украшения Кловер, ее драгоценности и духи. Верный знак того, что в комнате обитает супружеская пара и что эта пара живет в гармонии и счастье.

Он уселся на сравнительно твердый матрас и сбросил с ног кожаные шлепанцы. Шелковое покрывало, как всегда, соскользнуло вниз, явив взору накрахмаленные простыни из тончайшего египетского хлопка.