Дитя клевера

Напротив! Такое повышенное внимание с его стороны было неприятно Дот. Она вдруг вспомнила, какими глазами всегда смотрел на нее Сол и что она чувствовала в такие мгновения. А потом вдруг представила себе небесно-голубые глазки своего маленького сына. Тяжело вздохнула и отвернулась к окну. Как объяснить всем этим бесшабашным ребятам, что она совсем не такая девушка, как все остальные? И все ей здесь неинтересно! Да и что может интересовать человека, у которого разбито сердце?"

"Приехали на место. Ребята проворно стали затаскивать свою аппаратуру через черный ход. Остальные потянулись к парадным дверям в ночной клуб, быстро нашли пустую кабинку. Дот изо всех сил старалась улыбаться, слушая, что болтают остальные. Но настроение у нее было тягостное.

Когда на какое-то время она осталась в одиночестве, Уолли подсел к ней поближе.

– Потанцуем?

Дот отрицательно качнула головой. Нет, она больше не танцует!

– Не упрямься! Танцы – это ведь здорово! Пошли! Разомнемся немного!

Уолли взял Дот за руку, но она тут же выдернула свою руку и спрятала ее на коленях.

Дурак, что ли? Неужели он не понимает, что абсолютно безразличен ей? И чего привязался?

– Не хочешь разговаривать со мной – как хочешь! – миролюбиво заметил Уолли. – Но подумай сама! Когда еще случится возможность нам с тобой потанцевать, а? Выше голову, Дот! Барбара рассказывала мне, что ты такая хохотушка. А я вижу совсем другое. Сидит себе барышня с постной физиономией и отшивает всех кавалеров подряд.

Дот почувствовала, что еще немного, и она расплачется. Она снова отрицательно мотнула головой. Ну что они все привязались к ней? Почему не оставят в покое? Разве мало она перестрадала за последние месяцы и дни? Ей хотелось повернуться к Уолли и крикнуть ему громко-громко: «Ты хоть знаешь, что со мной было? Восемнадцать дней тому назад я отдала в чужие руки своего ребенка!» Уже прошло восемнадцать дней, ужаснулась она. Целых восемнадцать дней! А что, если схватить микрофон и оповестить об этом всю толпу, собравшуюся в клубе? Может быть, хоть тогда этот Уолли да и все остальные тоже отвяжутся от нее наконец?

Дот схватила свою сумочку и жакет.

– Скажи Барбаре, что я ушла. Мне надо! До скорого!

– Да куда ж ты? Оставайся! Я ведь только пошутил!

Она уже выскочила на улицу, когда услышал, как тот парень, который всю дорогу глазел на нее в зеркало, объявил собравшимся свою группу:

– Группа «Транзит» и Роджер Далтри собственной персоной! Попрошу поприветствовать!

Музыканты начали свое выступление. Дот подняла ворот жакета. Да уж! С такой какофонией звуков, которая понеслась изнутри, едва ли этим «транзитникам» грозит мировая слава.

Сидя в автобусе, Дот всю дорогу размышляла над тем, сможет ли она когда-нибудь снова стать прежней.