Дитя клевера

Скорее бы закончилась эта пытка! Скорее бы…

Через пару минут в комнату заходит сестра Мария с коляской.

– Не могли бы вы, Дот, отвезти ее назад, в детскую?

Дот, подобно автомату, на негнущихся ногах поднимается со стула. Проводит рукой по матрасику, который все еще хранит тепло ее сына. Потом распрямляется, берется за коляску и выкатывает ее на улицу. Катит по дорожке, стараясь смотреть только перед собой, не думать о машине, стоящей у ворот, которая вот-вот умчит ее сына в новую жизнь. Конечно, у него будет гораздо лучшая жизнь, чем та, которую смогла бы обеспечить ему она сама. Но в самый последний момент, когда за ней захлопывается дверь привратницкой, она снова слышит плач малыша. Сынок! Глаза ее тоже наполняются слезами. Но что она может поделать?

Дот медленно вкатывает коляску в то крыло здания, где размещается детская. На входе ее поджидает сестра Агнесса.

– Давай мне, Дот! Дальше я сама отвезу!"

"Добрая сестра Агнесса! Она забирает коляску, слегка расправляет одеяльце и обнаруживает под ним, в самом уголке, небольшой лоскуток летнего синего неба. Дот проворно лезет рукой под одеяло и извлекает оттуда комбинезончик, который она так старательно шила для своего сына, аккуратно выверяя каждый стежок. Вот это уже действительно последняя капля!

Дот медленно сползла на пол и закрыла лицо комбинезоном. Звук, который вырвался из ее горла, был похож на стон раненого животного, а следом полились слезы.

Сестра Агнесса присела на корточки рядом с ней и ласково погладила по голове.

– Тише, тише, моя родная! Все будет хорошо! Все будет хорошо!

– Я хочу своего ребенка! Хочу забрать его! Пожалуйста! Пожалуйста! Помогите мне!

– Что здесь за шум? – В дверях появилась сестра Кайна, как всегда, с неизменной, словно приклеенной, улыбкой на устах.

Дот с трудом поднялась с пола, держась рукой за стену. В другой руке она держала комбинезон.

– Шум, говорите вы? Потому и шум, что мое сердце разбито! Да, разбито! Вот вещица, которую я специально сшила для него! Единственная вещь, которая бы осталась у него на память обо мне! Единственная! И вы не отдали ее этим людям! А ведь знали…

– Буду с вами откровенна, мисс Симпсон! Неужели вы думаете, что такие люди, как профессор Дьюбос и его жена, захотят наряжать своего сынишку в такое?

«Своего сынишку!» Подумать только! «Их сын…» Какое-то время Дот молчала, собираясь с силами и приводя в порядок свои мысли. А потом медленно начала:

– Ничего не могу сказать насчет того, что подумают мистер и миссис Дьюбос! Я – не университетский профессор, не могу судить так, как они.