Клетчатая зебра

Люди, забиравшие его, чувствовали себя неловко, ведь арестовывали своего, поэтому, в нарушение всех правил, ему дали пообщаться с Аленой без свидетелей. Когда Алексея увезли, дочка пошла в ванную и разрезала себе вены на запястье левой руки. По счастью, я была настороже, ворвалась в санузел, и трагедии не случилось. Несколько дней я обрабатывала Алену и в конце концов внедрила ей в голову мысль – она должна спасти своих родителей. Потом отправила мужу в СИЗО с тайной оказией записку, и Алексей заявил об участии в деле дочери.

– Зачем ты мне все это сообщаешь? – затряслась Людмила.

Светлана указала на кольцо:

– Забирай его себе. Взамен поговори с Вадимом, открой ему правду, скажи, что я признаюсь во всем, подпишу протокол. Но с небольшим условием: Филиппов приедет ко мне домой, будем беседовать на моей территории.

– Почему бы тебе самой с ним не связаться? – пролепетала Людмила."

"Светлана поджала губы.

– Я все сказала. Жду Вадима сегодня в любое время, хоть ночью. Не надо быть слишком любопытной…

Рассказчица помолчала. А затем подвела итог того дела. Алексея Фурыкина приговорили к высшей мере, его жену Светлану посадили, а их дочь Алену отдали на воспитание родственнице. Девочке сменили все данные, выписали новое свидетельство о рождении, что с ней стало, Филиппова не интересовалась. Кольцо осталось у жены следователя. Сначала оно хранилось в шкатулке, но после смерти супруга Людмила Николаевна начала носить самые дорогие вещи на себе, из боязни, что в квартиру, пока она на работе, залезут воры.

Собеседница закашлялась, я терпеливо ждала, пока она справится с приступом. На мой взгляд, более чем неразумно ходить по Москве, сверкая бриллиантами, ведь среди преступной братии есть не только домушники, но и грабители, нападающие на людей в транспорте, в магазине, на улице. Людмиле Николаевне следовало бы арендовать банковскую ячейку и спрятать там ценности. Хотя, вероятно, она не знает о существовании такой услуги, вот и решила, что безопаснее не расставаться с украшениями, чем топить их в варенье, прятать в банках с крупой или в морозильнике.

Людмила Николаевна вытерла слезы, выступившие от кашля.

Я нашла момент подходящим и задала вопрос:

– Кольцо у вас отняла дилер фирмы «Фрим»?

Она кивнула. Я не скрыла своего удивления:

– Но почему вы не заявили в милицию? Были свидетели, ваши сотрудницы Катя и Оля. Девушки видели, как вы убежали, а коробейница рванула следом.

Вдова Вадима Петровича прижала ладони к щекам.

– Та тетка сказала: «Немедленно верните мне кольцо. Оно не ваше, являлось семейной ценностью, принадлежало другой женщине, и теперь это единственная память о ней. Вы пособница убийцы».

– И вы испугались, – констатировала я.