Клеймо Сэкеттов

"

"Заметив меня, они немного растянулись, но я продолжал двигаться вперед, не обращая на них никакого внимания. Во рту у меня пересохло, я весь напрягся. Кому придется по душе в одиночку противостоять трем крутым парням — а в компании «Ленивая А» других не держали. Свернуть, удрать было поздно. Оставались только хитрость, обман да стычка.

Чем ближе они подъезжали, тем очевиднее становились их намерения: они были готовы к драке. И тут произошло невероятное. Один из них заметил метку на сбруе моего коня… Я и забыл, что ехал на лошади «Ленивой А».

Он хихикнул и крикнул:

— Эй, приятель, ты заставил меня всерьез беспокоиться. Я думал, ты Сэкетт.

Они придержали коней и расслабились. Я же, не спуская с них дула винтовки, крикнул:

— Я — Сэкетт. А теперь, живо, бросайте оружие, если не хотите расстаться с головами.

Надо было видеть, что с ними стало. Они просто вскипели от гнева. Им страшно хотелось схватиться за оружие. Но это были опытные ребята, никто не желал умирать так глупо. Когда они разоружались, пальцы их двигались чрезвычайно осторожно, быстро и ловко.

Затем я заставил их отъехать на тридцать ярдов и спешиться. Собрал оружие, взял лошадей. Мешок с провизией вернул им.

— Ешьте, — сказал я, — а потом спускайтесь к реке Верд. Рано или поздно встретите кого-нибудь или сами доберетесь по высокогорной тропе до Кэмп-Верд.

У двоих из них были патроны. Они могли мне пригодиться, и я опустошил кобуры. Их шестизарядные револьверы повесили на виду на дерево, а ружья оставили себе. В драке, когда нет возможности перезарядить ружье, лишнее всегда пригодится.

А потом я умчался, оставив их проклинать меня, против чего совершенно не возражал и не винил их за это. Очень обидно и тяжело оказаться без лошади в дикой горной пустыне, когда у тебя на ногах сапоги наездника, а впереди долгий путь, который предстоит пройти пешком.

Этой ночью я укрылся в расщелине у Вет-Ботом-Крик и приготовил себе бекон и жареные лепешки. Перед закатом я отпустил их лошадей, решив, что они вернутся на ранчо.

Как только забрезжил рассвет, я выкатился из-под одеяла и принялся собирать пожитки. В этот момент послышался перепелиный крик. Что-то в нем мне показалось странным. В этих местах было очень много синих мексиканских перепелов, но этот крик… Я быстро оседлал коня и уложил вещи.

Между тем первому перепелу ответил второй, а затем третий.

Мой лагерь находился на почти горизонтальной площадке под кустарником рядом с ручьем. Это было тихое, прекрасное место, где по камням, весело звеня, бежала вода, а солнце расцвечивало землю под кронами игрой света и теней.

Рядом отвесно обрывалась стена каньона, дна которого едва достигали солнечные лучи. Передо мной длиной примерно в полмили и шириной в треть тянулся луг с великолепной травой.