Клеймо тирана (СИ)

Я втягиваю носом воздух, ожидая боли, но ощущаю лишь давление на стенки от его крупного пальца, прилив чувств и дурацкое томление в обнаженной груди.

Он орудует в моем рту языком, стягивает волосы на затылке, продолжая до боли нежные движения внутри меня. Этот контраст просто выносит напрочь меня. Внутри все сворачивается от возбуждения и вместо того, чтобы напрочь порвать его язык зубами, я яростно и остервенело отвечаю на поцелуй, чувствуя, как по трахающему меня пальцу стекает обильным потоком смазка. Он проникает чуть глубже, и я позорно мычу ему в рот, начиная дергаться совсем по другой причине.

— Не смей, — реву ему в рот, а он открывается от моих губ, наклоняется и стягивает по ногам мои намокшие трусы. Толкает их в рот, чулками завязывает вокруг рта.

— Даже не думал, что молчаливой ты будешь выглядеть столь привлекательно.

«Да пошел ты» — ору ему глазами и раскрываю их шире, когда Зверев разворачивает меня на собственном ремне задницей и вдруг больно по ней бьет. Раз, другой, оставляя кипучий след на моей белой коже.

— Долбанная шлюха. Вот что с тобой будет делать Андронов. Только не рукой, а ремнем, пока твоя нежная кожа не превратится в кровавое месиво. Но тебе ведь плевать, ты же хочешь спасти Коленьку.

Я молча принимаю удары, так же молча принимаю проникновение его крупного пальца, но не могу молчать, когда он накрывает мою грудь, больно щипая сосок. Двигает пальцем внутри, проникая все глубже. Я жду боли, но получаю лишь напряжение и страх, что тело может подвести меня. Я ничего не могу сделать. Особенно когда мокрый палец накрывает клитор и принимается тереть его.

Оргазм — предатель кусает больно, сдирая с меня кожу и оставляя все неправильные чувства обнаженными.

Я долго не могу открыть глаза, слышу проклятый звон в ушах от пронесшегося по телу безжалостному поезду удовольствия.

Леон вытирает липкие пальцы об мои бедра, оставляя меня висеть в столь позорной позе.

Он заворачивает меня в свой пиджак, связывая его на спине. На задницу кое — как натягивает в хлам порванное платье.

— Не вой только, через час заберу тебя домой.

Наверное, если бы он выключил свет, я бы сошла с ума. Но мне повезло. Я смотрела не в темноту, а на полки с хозяйственными припасами. И уже решила, что конкретно средства этих брендов выкину. Я поднимаю глаза к потолку, дергаю руки, в надежде, что ремни слезут с крюка, но они сидят так плотно, что хочется выть от досады. Как герои в блокбастерах спасаются легко из таких ловушек. Все врут. Сволочи.

Руки затекают, а во рту столько слюны, что она уже стекает по подбородку и капает на грудь. Я стараюсь не реветь, но слезы все равно катятся по щекам.

Я не знаю сколько нахожусь в этом подвешанном состоянии.

Ненавижу его.