Классика жанра или мой служебный роман

Пока я не упоминала нечаянно нового имени… И так каждый раз…

– Ну, ладно, потерпи ее немного…

– Ма, а можно я над ней поприкалываюсь, скажу, что ходила в кино с… афроамериканцем… или с каким-нибудь Данилом Олеговичем сорока лет…

Я ляпнула, и только потом до меня дошло, что вымышленного взрослого дядьку я назвала Данилом Олеговичем. С ума сойти. Я что, только о нем и думаю, даже когда не думаю???

– Да что ты, доченька, ладно уж, потерпи ее немного… А кто такой Данил Олегович?

– А почему ты не спросила кто такой афроамериканец?

– Потому что вероятность того, что ты ходила с афроамериканцем в кино ничтожно мала, это выдумка, а вот сорокалетний Данил Олегович наводит на размышления….

Ну, мама, шпиЁн натуральный, чес слово!

– Да тоже выдумала, мам… На ум пришло что-то… А как дела у Ирины Витальевны? – перевела я разговор на мамину подругу. Мама повелась и стала рассказывать о делах друзей нашей семьи.

Так мы проболтали до поздней ночи. Я сходила в душ, папа уже дрых перед теликом, я слышала, как мама расталкивает его, пытается заставить уйти спать на кровать. По ходу дела ни фига не вышло. Я поулыбалась. Тут все по-прежнему.

Я вышла из ванной и услышала, что у меня в сумке завывает мобильный. Блин, Маня, наверное. Достала телефон и закрыла дверь в свою комнату, чтоб не мешать родителям. Звонили с неизвестного номера.

– Аллё, – тихо сказала я, покосившись на часы. Уже перевалило за полночь.

– Разбудил? – спросил меня низкий голос с хрипотцой. И я узнаю его из тысячи. Сердце совершило скачок, в кровь произошел выброс адреналина, щеки покраснели, руки затряслись, в горле пересохло, я шумно сглотнула.

– Н-нет… Что-то случилось? – почти шепотом спросила я.

– Нет… просто я решил, что ты мучаешь меня… А я буду мучить тебя…

– В смысле? – я в недоумении уселась на свою кровать, это как я его мучаю?

– В прямом! Кто-то меня дразнит, как мальчишку, а толком к себе не подпускает…

– Но ты знаешь, что… – начала было я оправдываться.

– Знаю. Просто ответь сейчас на мой вопрос, – сказано было таким тоном, что никакие возражения не могли быть приняты, однозначно.

– Давай, – я облизала пересохшие губы.

– Ты меня хочешь?

– Да…

– Сильно?

Я шумно втянула воздух и ответила:

– Очень… Очень сильно…

– Ты будешь думать обо мне всю ночь?

– Да…

– И все выходные?

– Данил, чего ты…

– Отвечай, – строго сказал он.

– Ты же знаешь, что буду, – заговорила я громким шепотом, это было похоже на шипение, – я уже это делаю, я больше ни о чем думать не могу… этот твой стол в кабинете…

Тут я осеклась, что-то понесло… Он тихо смеялся.

– Не смешно!!!

– Меня радует, что ты сама мучаешься от сложившейся ситуации…

– Может, ты хотел сказать, что рад, что ты не один мучаешься в этой ситуации? – злорадно прошептала я.

– Спи.