Агент таурель-класса

Если хайда устроит Духов Предков, то они вернутся. Пойдут семена, а с хтэррами справятся воины. Всё будет хорошо.

Жаркий ветер несогласно швырнул в лицо горсть пыльцы и насмешливо прошептал в ответ:

«Самообман – худший из всех видов лжи».

Засыпая, я волновалась о том, что будет утром и как вести себя с одним зеленоглазым ларком, когда даже среди ночи он пришёл в мою спальню в возбуждённом состоянии. Но проснувшись, я обнаружила пустую кровать и абсолютно пустой дом. Сердце укололо тонкой иголочкой иррациональной обиды. Какой-то части меня безумно хотелось проснуться в его объятьях утром, ощутить горячие шершавые ладони сквозь футболку и увидеть знакомую вертикальную морщинку между пшеничными бровями.

Вполне вероятно, что для вождя спать с женщиной – до зубного скрежета обыденное занятие, вот только у меня такое произошло впервые. Для цваргов спать не то что в одной постели, а в одной комнате – вещь весьма интимная. Я слышала, что не все супруги спят вместе, ведь во сне женщины также испускают бета-колебания и, в отличие от бодрствующего состояния, не могут их контролировать. Не всякому цваргу будет приятно фоном улавливать такие вещи. Мне почему-то подумалось, что у ларков должно быть так же с обонянием… Но ведь Арх-хан же лёг со мной в постель? Значит, я ему как минимум не противна…

«Лейла, ты слишком многое себе надумала. Ты мешала ему спать, он пришёл и заставил тебя лечь и уснуть, на этом всё. Возбуждение… ну, мало ли о ком он думал? Почему ты вообще это приписываешь себе? Да и кто знает, как устроены ларки», – осадил внутренний голос.

В столовой ждал завтрак, что неожиданно удивило и подняло настроение. Пара аппетитных сэндвичей с куриной грудкой, травами и салатными листьями лежали на керамической тарелке, на соседней – яичница с тёртым сыром, рядом – высокий гранёный стакан с яблочным соком.

В состоянии лёгкой задумчивости я умудрилась съесть всё. Дождь за ночь закончился, и теперь в окне виднелись ясное голубое небо и яркое-яркое солнышко, активно поднимающееся по небосводу. Интересно, сколько уже времени? Одиннадцать? Двенадцать?

Я машинально потрогала запястье, чтобы проверить время, но вспомнила, что коммуникатор за две недели жизни в лесу всё-таки разрядился. Вчера мне пришлось поставить его на зарядку, а утром надеть устройство я забыла.

«Ну и к швархам… Аарон, наверное, прыгает от счастья, что я улетаю с Ларка. Могу себе позволить последний день провести без нотаций и постной рожи…» – подумала я и мысленно махнула рукой.

Мякотью ароматного хлеба протёрла тарелку – совсем не аристократично, но вкусно же! – и закинула в рот. Поднялась со стула, подхватила тарелку, чтобы поставить в раковину на кухне, и – взвизгнула от неожиданности, чуть не врезавшись в медноволосую ларчанку.