Клан

Капитан просил сообщить, что время строго ограничено для всех.

– Я понял, малыш, – усмехнулся офицер. Остальные лишь переводили взгляды с одного на другого.

– Это все, господа офицеры? – уточнил солдат.

Тот, что записался первым, явно смотрел на остальных с насмешкой. Он-то работал с Кэпом уже давно и прекрасно понял, о чем идет речь.

– Дельта-пять, – ответил еще один, – четыре офицера.

Через несколько секунд записались все.

– Дельта один, ждем вас на борту через, – восемнадцать минут, – произнес солдат.

– Понял, – обрадовался тот.

Неизвестный сектор. Док крейсера."

"Двадцать минут спустя

– Добрый день, господин офицер, – произнес солдат, – меня просили проводить как вас, так и ваших офицеров. Капитан также настоятельно рекомендовал отключить протоколирование.

Слушавший слова молодого рыжего и немного дерганого солдата в десантном скафандре, видимо, он единственный, кто умел, кроме штатного связиста, работать с системой связи, подошел для этой роли, офицер неторопливо кивнул. А потом еще раз с усмешкой посмотрел на этого болвана.

«Не знаю, что ему там наплел Кэп, но ему не жить, – констатировал офицер. – Кэп таких свидетелей не оставлял, потому он и просил выключить протоколирование. И потому столь странный запрос». И он еще раз окинул взглядом этого дерганого парнишку. «Мертвец», – по-другому он сказать и не мог. После чего обернулся в сторону корабля, чтобы позвать всех остальных. На этом его жизнь и завершилась. Вместе со смертью офицера и его людей корабль накрыло поле глушилки.

А еще через двадцать минут он покинул борт, и в эфир космоса ушло следующее приглашение.

Неизвестный сектор.

Крейсер. Капитанский мостик.

Полтора часа спустя

– Ну вот, а вы еще сомневались, что на такой бред никто не поведется, – говорил я Энаке, пораженно смотрящей на меня, – еще как поведется, главное все представить в нужном виде. А вид у вас был самый что ни на есть нужный.

И я вновь посмотрел на девушек, которых пришлось опять раздеть и сделать несколько наиболее откровенных и привлекательных снимков, которые потом и ушли при передаче на другие корабли. Конечно, там они не сохранились, я их просто показал. Но себе я их так, на всякий случай, оставил.

Девушки вышли чертовски красивыми и до невозможного соблазнительными, даже сам не ожидал. Может, особенного шарма им добавила та злость и смущение, что одновременно читались в их глазах и лицах, не знаю. Вон на меня все еще злющими глазами смотрят все до одной.

Но главное – их изображение сыграло свою решающую роль, и мы зачистили все команды кораблей, которые стыковались к нам в док. А теперь следовало отправляться на планету. Но предварительно необходимо связаться с адмиралом, что я и собирался сделать.

И тот с ответом себя не заставил долго ждать.