Клан Борзых 2: Приемыш, том 2

— Но, если ты её используешь, будешь до конца раунда сидеть в бункере, хватит запасов — переживёшь его, не хватит — помрёшь от голода или нехватки боекомплекта.

— А сколько карт можно своему бойцу складывать? — поинтересовался Вася.

— Да сколько хочешь, хоть все. Но на них написаны дополнительные условия. Вот, например, у тебя может быть пушка, но для стрельбы тебе нужен не один кубик припасов, а четыре. Зато и отбиться ты можешь от любого врага. Или вот ты можешь взять своему бойцу ускоренный метаболизм и заживление, но есть придётся за троих. Ну и, конечно, все запасы остаются на следующие раунды, пока не останется только один.

— А, ну так это просто. Бери да собирай, — отмахнулся Манулов.

— Ну так, давай попробуем. — улыбнувшись, ответил я. — Кто хочет тестовый раунд, с комиссаром?

Желающие нашлись тут же, парочка десятников не собиралась уходить далеко от стола. Даже княжич, услышав о новом развлечении, не удержался, а неазартный Филинов смотрел, как мы играем, стоя чуть поодаль, и, кажется, даже записывал правила на бумажку. А что, дело хорошее! Моральный дух бойцов ничуть не менее важен, чем физическое состояние. Если потом внедрят игру в других бункерах — только хорошо.

— Вот! — к концу третьего раунда довольно произнёс Иван. — Он у меня бронированный, с пушкой и рюкзаком запасов! Везде выживет. Осталось ему ещё лопату для окопов найти, и я победил.

— А вот тебе, чтобы жизнь малиной не казалась, — усмехнулся Манулов и бросил две карты. — Пусть он попробует двоих гражданских ещё прокормить!

— Ваше благородие, а нельзя их, ну, убрать как-то? — тут же потеряв весь запал, проговорил Быков.

— А ты представь, что это семья твоего бойца. Самая близкая. Дети, например, или родители престарелые, — ответил я, и здоровяк совсем опустил плечи. — Да ты не расстраивайся, этот раунд ты переживёшь, а в следующем, может, карта лучше придёт.

Что сказать… не пришла… Зато Манулов собрал себе быстрого, прячущегося, роющего окопы бойца с одним пистолетом. Даниле же повезло, он вытащил карту напарника, которая позволяла не только делить припасы между своими, но и добавляла на каждую единицу патронов ещё один.

Мне выигрывать было неспортивно, в конце концов, именно я придумывал правила и знал всё лучше остальных. Так что до последнего раунда я только поддерживал интригу, копил карты и выставлял бойцов, которые переживали хорошо если одно Бедствие. Зато народ заинтересовался, и даже в очередь выстроились, кто за кем и с кем играть будет!

— Всё-таки у вас правила не очень логичные, — заявил Кирилл, когда я передал эстафету и отошёл от стола. — Выживают не те, кто бегает от врага, а те, кто борются сообща, рассчитывают ресурсы и сидят в глухой обороне.

— Такие игры у нас тоже были, «защита башен» назывались.