Клан бешеных

Но вот пошел рассказ Виссариона о том, как он убивал Полину. Он откровенно хвастал, ничуть не боясь того, что его слова являются фактическим признанием его преступления.

– …Ну, мы и сбросили ее с моста на машину какого-то лоха, который в этот момент проезжал внизу. Она ему прямо на капот рухнула!

Виссарион заржал…

– Я вот теперь думаю все-таки младшей сестренкой заняться! Не хочется такую ягодку мимо рта проносить…

– Убью, – Ярцев стукнул кулаком по столу, – своими руками убью!

– Тихо, Антон, – успокоила я друга, – стол нам с дедом сломаешь. Давай лучше думать, куда подкинуть такой материал."

"– А чего тут думать? В полицию, в то отделение, где следователь Портянкин ведет расследование убийства Полины Зайцевой. На конверте, в который положим диск, так и напишем: Кинделия Виссарион Иосифович дает признательные показания. А первую запись, которая в клубе велась, надо подкинуть в отделение, где идет расследование драки в кафе «У Ромы». Наш субчик прямо говорит: никаких повреждений у меня нет, наоборот, это мы, мол, навтыкали врагам как следует, рога им поотшибали, до больницы их довели…

– Тогда Портянкина я беру на себя, а ты сможешь передать другую запись своим знакомым ментам?

– Смогу. Только… Тебе не опасно опять идти к Портянкину? Ты к нему наведываешься не в первый раз, гляди, еще заинтересуется тобой!

– Значит, надо так прийти, чтобы не заинтересовался.

– И еще, Полин, надо все-таки что-то делать с этим Кинделия! Второй человек из-за него умер. Ведь если бы он не убил Полину Зайцеву, ее мама тоже была бы жива.

– Согласна. Сейчас он собирается приняться за младшую сестру Полины… Мне даже страшно представить, что он сделает с пятнадцатилетней девчонкой. Самое ужасное, что убийца абсолютно уверен в своей безнаказанности: в открытую рассказывает друзьям о преступлении, хвалится, какой он крутой.

– Что ж, мы лишний раз убедились в его циничности и подлости. А также опасности: этот подонок уже вошел во вкус и теперь станет терроризировать всех девушек, с которыми будет знакомиться. Заметь, работает по знакомому сценарию: сначала принуждает жертву делать то, что надо ему, потом перейдет к рукоприкладству. Ты правильно сделала, что спрятала у себя Свету: ей опасно показываться ему на глаза.

Ярцев повертел в руках пустую тарелку.

– Кстати, чуть не забыл тебе еще сказать… В сегодняшнем номере нашей газеты вышла моя статья о недозволенных методах ведения допросов в некоторых отделениях полиции. Заметь: я там прямо ссылаюсь на твою запись в кабинете Портянкина. Если что, придется ее предъявить…

– Ты и фамилию Ха Ха указал?

– Указал.

– Смело! Впрочем, тебе же не впервой. Ну, что, едем к Шило делать копии? – спросила я.