Загадки старинных кладов

7 июня на том же листе, но еще более мелким почерком:

Начиная с 14 июня Кузьмин вел дневник, где ежедневно подробнейшим образом излагал ход событий. Дневник (вернее его небольшая часть) был приложен к делу. Вот несколько выписок из него.

В тот же день Кузьмин разыскал старые карты, выяснил фамилии старожилов, знающих все проселочные дороги и таежные тропы, спорил с Пурроком, поскольку пришел к выводу, что тот путает стороны железной дороги, заручился поддержкой местного НКВД и т. д.

Тут начались сомнения. Местный оперуполномоченный, знаток окрестностей, Кротов разошелся с Пурроком в определении маршрута отступления Колчака. Много было споров.

Отшагали они в тот день 20–25 км.

На этом дневник обрывается. (Естественно, всей стране стало ясно, чем заниматься в первую очередь.) И дальше было то, с чего началось наше повествование. Пуррока под конвоем вернули в Москву, отправили в Бутырку и оформили уголовное дело "по обвинению его в обманных действиях, причинивших ущерб государству". И вот закономерный результат:

Странная история. Со своей точки зрения я просто не могу представить, что это захоронение все еще не найдено. Ведь находили же куда как более хитро спрятанные и менее массивные вещи! А здесь одного золота 800 кг, а оружие, а уздечки со стременами! И место захоронения известно достаточно точно. Можно сказать, что даже приблизительно площадь поисков (пресловутый поисковый полигон) составляет 1х1 км. Да, это трудная задача. Тем более что работать нужно в густом лесу. Даже не зная местной географии и точных привязок, можно отыскать это захоронение максимум за две недели.

Теперь мне осталось только поведать вам о судьбе той части "Золотого запаса", которая отправилась в путь по воде. Вам, прочитавшим большую часть глав из моей книги, наверное, уже понятно, что поиски объектов, скрытых с помощью всевозможных водных преград, вызывают у поисковиков наибольшие трудности. Ведь не зря же появилась поговорка: "И концы в воду". Поговорка эта родилась среди топографов, но вполне применима и для нашего случая.

Сегодня мало кто знает, но в самом конце XIX в. был сооружен Обь-Енисейский канал, связавший две величайшие реки Сибири. После постройки Транссибирской магистрали он пришел в упадок, и о нем забыли. Вот этот-то заброшенный путь и могли использовать для переброски золота. В пользу этой версии говорит сразу несколько фактов.

Во-первых, сама фраза В. Богданова "между Томском и Енисейском". Томск, как уже говорилось, лежит в стороне от основной железнодорожной магистрали. И груз мог оказаться на тупиковой ветке только потому, что именно из Томска, откуда начиналось пароходное сообщение по реке Томь, открывается самый удобный и близкий путь к Обь-Енисейскому каналу.