Волчье кладбище

 – Ритуалы-обряды их помпезны, а церкви напоминают пряники с тортами. Это слишком инородно. Не по-английски.

– Чудачество, ей-богу! На рассвете, пока наши эксперты по дактилоскопии занимались делом, ваш святоша стоял рядом и долдонил что-то библейское.

– Он служил траурную мессу на месте убийства, – уточнил Дарт, не снижая чопорности в голосе. – Это не только в католичестве…

– Это раздражало! – гавкнул Хиксли и с гадливостью посмотрел в сторону вошедшего священника.

Отцу Лерри предложили кресло, в котором минутами ранее отсиживало допрос бренное тело Милека Кочински.

– Надеюсь, вы не против, что я послал за вами, святой отец?

– Нет, я всё понимаю, – мягко отозвался Лерри, угадывая в следователе приверженца еретической идеологии. – Прошу извинить, что не явился раньше. С утра в церкви собралось много людей, как на воскресную службу. Я читал им проповедь о мученической смерти и…

Суперинтендант поднял руку.

– Расскажите мне о кресте, который фигурирует в деле. Это какой-то ритуальный крест?

Как можно кротко и смиренно, видя раздражение Хиксли, отец Лерри поведал историю креста, а также о том, как мы с Адамом явились к нему вчера без десяти десять и как вместе искали крест в подвале, пока не услышали крики.

Милек Кочински и его сын заходили в церковь примерно в девять часов. После этого отец Лерри никого до нас с Адамом не встречал. Нет, он не выходил из церкви. Он мыл полы и протирал пыль, как и всегда. Он не может сказать, украли крест после того, как ушли Кочински, или же раньше, ввиду того, что не спускался в подвал уже довольно долгое время.

– Как священнослужитель, что вы думаете об этом убийстве? – спросил Хиксли.

– То же, что думаю, когда не надеваю рясу, – изрёк Лерри. – Любое убийство – чудовищно. А это…

– Я не об этом. Вы как священник, знающий множество проповедей и учений, что-нибудь видите в таком методе убийства? Что-то религиозное?

Отец Лерри наморщил лоб, пытаясь понять, к чему клонит суперинтендант.

– Мне, к примеру, всё это напоминает какой-то зверский сатанинский ритуал…

– О, – перебил Лерри. – Уж точно не это. Крест несёт в себе совершенно другую суть…

– Тогда что же? – с нажимом вопросил Хиксли.

Священник задумался. С минуту в комнате царили тишина и утренняя свежесть из открытого окна.

– На кресте распяли Христа, – негромко произнёс отец Лерри. – Но в случае с Тео… Пожалуй, крест в этом деле видится мне скорее неким символом. Гм… символом искупления, что ли.

Лицо Дарта стало заинтересованным.

– Искупления? – спросил он.

– Да. Крест в христианстве вообще считается символом искупительной жертвы. В этом и смысл, думаю.