Кладбище чужих секретов

– Нет, нет, Володя не мог так поступить, – заплакала Лукерья, – нет, не верю!

И тут зазвонил мой телефон. Я глянул на экран. На нем высветился номер нашего клиента. Понятно, что я сразу ответил.

– Слушаю вас.

– Иван Павлович! – закричал Руди. – Папа умер!

– Не может быть, – вырвалось у меня.

– Только что тело увезли! – кричал мужчина. – Невозможно поверить! Понять никак не могу! Сейчас один дома! Мои все улетели в Дубай! Пожалуйста, приезжайте! Один я тут! Один! И такое! Как жить теперь?

– Хорошо, уже отправляюсь к вам, – ответил я, немало ошарашенный известием.

– Сброшу вам адрес, только поторопитесь, мне очень страшно, плохо, жутко!

Я положил телефон на стол.

– Что случилось? – занервничала Лукерья.

– Владимир Федорович умер, – тихо сообщил я.

Женщина вскочила.

– Что? Нет! С кем вы разговаривали?

– С его сыном.

– Он перепутал! – закричала женщина. – Он не мог! Нет! Только не это!

Лукерья закрыла ладонями глаза и забормотала:

– Никогда, никогда, никогда Владимир Федорович не мог меня оставить! Нет! Невозможно!

На секунду мне показалось, что по моей спине шагают черепахи, обутые в удивительные сапоги. На левых лапах обувь из раскаленного металла, а на правых – из кусков льда. Я нажал на кнопку, живо расплатился и предложил Лукерье подвезти ее до дома.

– Нет, – отрезала врач, – отправлюсь с вами. Мы с Рудольфом Владимировичем хорошие знакомые. Да, он мне никогда особо не нравился и специалист плохой, своему отцу в подметки не годится. Но никому не следует оставаться одному в помещении, где только что умер твой родитель.

– Вас не приглашали, – не очень вежливо заметил я.

– Заявлюсь по своей инициативе, – фыркнула женщина. – Если не хотите подвезти, сама доберусь.

Я посмотрел на Лукерью и встревожился. Глаза женщины превратились в щели, кожа побледнела, губы сжались в нитку, нос заострился… Похоже, она сейчас упадет в обморок. И понятно почему – у нее сдали нервы. Сначала состоялся тяжелый разговор, а сейчас принеслось неожиданно страшное известие. Нельзя никого бросать в подобной ситуации. Неожиданно для себя я взял Лушу за руку.

– Пойдемте.

Любовница Владимира Федоровича вздрогнула, и мы направились к двери.

Глава тридцать четвертая

– Иван Павлович, – тихо произнес Рудольф, – очень не хочу шума, приезда полиции и всего такого. Помогите!.. А кто это с вами?

– Я думал, вы знакомы, – пробормотал я. – Это Лукерья Виллер. Мы… э… сидели вместе в ресторане, когда вы позвонили. Луша раньше работала в вашем центре медсестрой. А теперь она врач.

– Простите, вероятно, мы встречались, но я не помню вас, – пробубнил Руди.

– Я давно уволилась, похудела и сменила прическу, – объяснила моя спутница.