Клад тверских бунтарей

— За этим дело не станет.

— Ладно. Все понятно?

— Понятно, князь.

— Тогда вперед!

Четыре всадника поскакали по берегу. Их товарищи оставались в кремле и изображали приготовление к дальней дороге. У служивых татар, а также отца и сына Бессоновых имелись свои важные дела.

Балка оказалась извилистой, что было на руку ратникам особой дружины. За вторым поворотом они увидели трех мужиков. Те, одетые в порты и рубахи, спали на рогожах. Их сабли, ножи и дорожные сумы лежали рядом.

Всадники уже окружили этих людей, когда проснулся Кубарь.

Он потянулся было за саблей, но Горбун предупредил его:

— Не балуй!

Очухались и другие.

— Встать! Оружие на месте! — приказал Савельев.

Мужики поднялись.

Савельев глянул на вожака этой малой шайки, усмехнулся и спросил:

— Ты чего это вернулся-то, Лавр?

Кубарь удивился и осведомился:

— Откуда ты знаешь меня?

— А я тут все успел узнать.

— Погоди-ка. — Кубарь сморщил лоб. — Уж не воевода ли ты особой царской дружины?

— Я самый и есть. Так зачем ты вернулся, Кубарь?

— А ты не знаешь, что Козьма Пурьяк, гробовых дел мастер, извел мою семью? Пожарище на выселках видел?

— Почему он так поступил?

— Задолжал я ему. У Пурьяка всегда монета водилась. Я вовремя долг отдать не мог, он требовал отрабатывать. А у меня уже было другое занятие.

— Ну да, ты заделался гонцом у боярина Воронова, — сказал Савельев.

Кубарь насторожился и заявил:

— Просто я работал на боярина.

— Ты мне сказки не рассказывай, наслышался во младенчестве. Но пусть так. Значит, ты был должен Пурьяку, а он что?

— А он все настаивал. Мол, долг возвращай либо отрабатывай. Меня же боярин не отпускал. Тогда Пурьяк поджег нашу избу, а до того убил жену мою любимую Прасковью и дочь Варьку.

— Где ты был в то время?

Кубарь соврал, не моргнув глазом:

— Воронов меня в Новгород посылал. Приехал я обратно, а вместо дома одни угли.

— Почему же тогда на пожарище тел не отыскали? И куда ты провалился? Должен был искать хотя бы обгоревшие трупы и похоронить их по-людски.

— А не было трупов. Только от щенка пучок шерсти паленой остался.

— Это что же получается? Пурьяк забил до смерти твою жену и дочь, спалил дом и спокойно ушел к себе? Трупы он взял с собой?

— Нет, тут лес недалече заболоченный. Видать, он туда оттащил тела.

— Почему ты не заявил на него тому же боярину Воронову или князю Микулинскому? Они назначили бы следствие.

— И что? Пурьяк следов не оставил. Если они и были, то их народ затоптал, который сбежался тушить дом. А почему не заявил? Испугался очень. Ведь он приходил убить меня, не нашел и отыгрался на семье. Сбежал я, в общем.

— В деревню Портаха, которая недалеко от Новгорода, к Мартыну Чернопяту, да?

У Кубаря дух перехватило. Такой осведомленности он никак не ожидал.