Наше вам с кисточкой, босс (СИ)

— Если решишь, что не твоё, перейдём к следующему варианту. Весь ассортимент в твоём распоряжении, нам даже не обязательно ограничиваться подобранными заранее платьями.

Я немного успокоилась и решила попробовать. Не умру от пары смелых экспериментов. Тем более, что никто не требовал от меня идти на корпоратив в том, что мне не понравится.

Платье село по фигуре, лишив последней логичной отговорки. Жаль. А ведь так удобно было бы сказать: “Ой, не сошлось на груди! Какая незадача!”

— Ну всё-ё-ё-ё, — протянула я, разглядывая своё отражение в зеркале. — Теперь на корпоративе Арт-Строя будет как в песне Виагры: “Все подруги, когда приходят в гости, бутербродами давятся от злости”.

— Да твоя Марина сдохнет, не успев вздохнуть, — пообещала Анюта. — Бери, не ломайся. Самое то!

— Благодарю за высокую оценку моей работы, — Кристина манерно заправила прядь за ухо и расхохоталась.

Больше можно было ничего не мерить, я нашла своё платье Золушки. Хрустальные туфельки и сумку к нему тоже. Обняла на прощание фею-крёстную, загрузила пакеты в очередное такси и счастливая поехала домой.

Глава 15. Последние штрихи

Суббота получилась такой насыщенной, что я надеялась второй свой выходной провести дома. Валяться на диване и смотреть какие-нибудь глупые мыльные оперы. Те самые, где герои влюбляются на первой минуте и ровно через полтора часа играют свадьбу. Но мои планы разрушило одно сообщение в директ. Елена спрашивала, смогу ли я приехать и закончить портрет. Насчёт “закончить” я сильно сомневалась, но аванс уже лежал в шкатулке под кроватью, так что пришлось соглашаться.

“Водитель будет в течение часа,” — предупредила заказчица.

Он приехал через полтора, извинился за опоздание и обещал, что в особняк доставит с ветерком. Так и получилось. Меня даже слегка подташнивало от скорости, с которой он мчал, и ёлки забавно мельтешили перед глазами.

Во двор я вошла, уже чувствуя себя почти как дома. Даже шею тянула, чтобы разглядеть Елену на крыльце. Но Вселенная решила, что вчерашних сногсшибательных новостей от Анюты было мало. Не прочувствовала Алина Василевская тяжесть бытия до самых глубин. Надо ещё одно шоковое состояние подкинуть. Огорошить, так сказать, одарить от широкой вселенской души.

Позолоченная ручка входной двери повернулась вниз, и на крыльцо вышел Давыдов Сергей Геннадьевич.

— Добрый вечер, — прошептала я и губами сымитировала хлопок, с каким пробка выходит из бутылки.

— Наше вам с кисточкой, — Давыдов поднял руку в приветственном жесте и широко улыбнулся.

Материться хотелось в голос. Вспомнить всё, что говорил наш дворник о депутатах и правительстве. Приплести туда сложную социальную обстановку, плохие дороги и вечных дураков, занимающихся их ремонтом.