Кисса (СИ)

Дымка рассеялась маленькими водоворотами, втягиваясь сама в себя и в лунном свете стало видно лицо поверженного. Ника сразу узнал его. Это был тот мужчина в темном костюме, что унес Риссу из клуба, усыпив по пути всю охрану. Не сдержав себя, оборотень зарычал, чем тут же привлек внимание большеглазого победителя.

- Надо спалить тут все к черту. Кисса, нужно уходить. - Марсель кинул голову к куче разорванной бледной плоти и подошел к оборотню. Взяв девушку на руки, вампир спокойно вышел из дома и остановился у черного кадиллака, ожидая когда белобрысый мальчик поможет Нике и двое других вампиров вынесут тело волка.

Ника, прислонившись спиной к дереву и гладя волосы девушки, чья голова лежала у него на коленях, смотрел на то как огонь охватывает старый, полуразвалившийся дом, сжигая вместе с прогнившим деревом мертвые тела банды Танцующей тени и растерзанное тело одного из вампиров Марселя. Битва не для всех окончилась победой, и пережившие ее искренне горевали о погибшем товарище.

Мало думая о вампире, Ника размышлял о Дуки, чье еще теплое тело лежало совсем рядом и чья еще горячая кровь пахла энергией. Оборотень никогда не видел как умирают волки, никогда не засекал сколько времени им нужно что бы последняя капля крови остановила свое движение в венах, а пульсирующая энергия стихла, остынув под замораживающим дыханием смерти.

Пустота, без боли и эмоций, наполняла грудь, как вакуум высасывая воздух из легких и сжимая ребра многотонным прессом. Пересохшие, опаленные огнем глаза не увлажнялись слезами, а слепо смотрели на оранжевые всполохи, пожирающие с шипением прошлое, которое нельзя вернуть, нельзя изменить и предупредить.

Во внезапной вспышке гнева, затмившей сознание и разогнавшей обледенелую кровь, Ника ударил кулаками по безжизненной груди вервольфа. Тело конвульсивно дернулось и замерло."

"- Дуки! Какого черта, твою мать! Бл*дь! - Ника уже сидел на нем, в безумии ударяя по бледным щекам, покрытым темной щетиной и влажной испариной. От пощечин голова моталась в стороны, хрустя позвонками и щелкая суставами. Рот раскрылся и с синих губ пошла пена, смешанная со свернувшйся кровью.

- Волк! Какого хрена! - Ткань черной толстовки трещала, разрываясь под напором когтей и расползаясь на ленты. Ника тряс тело, не заботясь о том, что темноволосая голова бьется о камни, а его самого кто-то пытается оттащить, ухватившись за скользкие от крови плечи, выворачивая суставы и сдавливая в мышцы. - Какого черта…

21 глава 2 часть

Один удар сердца и горячие слезы покатились по грязным щекам.

Один удар сердца и мир вокруг рухнул в оглушащем грохоте, в реве бессильной боли и надежды.

Один удар сердца и громкий вопль заглушил все звуки на километры вокруг.