Кисса (СИ)

Сухо кивнув, он поставил стакан на столик и вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

15 глава 2 часть

Когда Ника вернулся в Танцующую Птичку, где его ожидали Рисса и Дуки, был уже вечер. Покинув Люка Рурка, он заехал в еще несколько мест, пока не выяснил все, что планировал на этот день. Информация была интересной, и давала теперь нужное направление для расследования.

Перешагнув порог, Ника уткнулся в охранника, который был почти на голову выше (и где только Ракута таких берет?) и не давал ему пройти, настойчиво указывая в дальний угол зала. В клубе было темно, и ярко освещалась лишь сцена, где уже началось ежевечернее представление. Столовые приборы, хрусталь и каменные столешницы тускло блестели, отражая скупой свет, не касавшийся сидевших людей. Силуэты были едва различимы, и лишь по ярким оранжевым огонькам сигар можно было точно сказать, где сидит человек. Такая темнота была привычна для этого роскошного места. В клубе, где можно было удовлетворить самые странные сексуальные фантазии, анонимность и секретность приветствовались, а непроглядная обстановка только помогали этому.

Когда попытки обойти охранника не принесли успеха, Ника плюнул и кивнул головой, соглашаясь следовать за ним. Тот провел его между столиков в самый дальний и темный угол зала, откуда хорошо просматривалось все помещение и сцена. Впрочем, лиц все равно не было видно, так что эта стратегическая точка могла служить только для наблюдения за порядком.

На кожаном диване его ожидали Рисса, Дуки и сам владелец заведения. Охранник посторонился, пропуская Нику к столику, по едва заметному знаку Ракуты, открыл одну из бутылок шампанского, стоявшего в ведерке со льдом.

Дуки сидел в середине, служа буфером между веселой Птичкой и смущенной девушкой. Ни секунды не думая, Ника плюхнулся на диван рядом с Риссой, заслужив насмешливый взгляд Ракуты. Тут же получив стакан водки со льдом от друга, он осушил его и послал по гладкой столешнице обратно. Когда стакан вернулся полным, Ника откинулся и взглянул на сцену. Громкая музыка явно не способствовала разговорам, а блестящая фигура у микрофона отвлекала внимание. Крупный, полный, чернокожий трансвестит низким голосом пел что-то о безответной любви, в такт музыке качая бедрами и театрально поднимая руки.

Когда песня кончилась, певец ушел со сцены, а джаз-бэнд заиграл ненавязчивую импровизацию, Ника обнял девушку за плечи, вызвав у нее негодующее шипение, и повернулся к другу. Риссе пришлось вжаться в спинку, когда две темноволосые головы склонились перед ее лицом.

-Я узнал, Дуки. У них был съезд какой-то, по крайней мере, все, о ком я смог узнать, посещали Чикаго два месяца назад. Но причину такого массового сбора узнать не смог.