Кир Булычев. Собрание сочинений в 18 томах. Т.1

Сначала он решил было никому не говорить о том, что подслушал. Но язык сказал это за него. Человек с новостью всегда интереснее женщине, чем человек просто так.

— Еще чего не хватало! — возмутилась Гражина. — Этого никогда не было. Ты что-то не так понял.

8За обедом, который, как уже говорилось, был изумительным, но не сенсационным, оказалось, что Павлыш прав.

После первых тостов и речей, ритуал которых был разработан много лет назад, подошла очередь говорить капитану–1.

Капитан–1 сказал, как и положено, что он передает корабль капитану–2 и его новой команде, надеясь, что с их стороны не будет претензии к предыдущему экипажу.

Затем он должен был сказать о том, как будет приятно встретиться через год на Земле. Но капитан–1 вдруг замолк. И сказал совсем другим голосом:

— Сегодня мы получили с Земли гравиграмму.

Павлыш сидел как раз напротив капитана–1. Он долго не садился, пока все рассаживались, делая вид, что любуется пирамидой салата, потому что хотел увидеть, куда сядет Гражина. Он уже начал считать минуты до момента разлуки и представлять, как будет пуст корабль без Гражины. Но получилось так, что Гражина заговорилась с незнакомыми Павлышу гравитационщиками из старой смены и совсем забыла о нем. И села между ними. Так что Павлышу пришлось садиться далеко от нее, почти в торце стола, напротив капитана–1.

— Что случилось? — спросил Варгези. Спросил мрачно, как будто не спрашивал, а произносил: «Я же предупреждал».

Гравиграммы — редкие гости на корабле.

Для того чтобы отправить послание за столько световых лет, требуется огромное количество энергии. Внеплановых гравиграмм быть не должно. Потому что через час будет переброска следующего человека из новой смены и все новости он принесет с собой. А раз на Земле не стали ждать переброса, значит, что-то случилось.

— Гравиграмма неполная, — сказал капитан–1.

Он был невысокого роста и потому стоял, опершись ладонями о стол.

Маленький, сухой, жилистый человек. Несколько лет назад он установил кабину на Плутоне.

— Гравиграмма неполная, — повторил капитан–1. — Содержание ее таково: «Переброс откладывается…»

— Не может быть! — тихо произнес кто-то в дальнем конце стола.

9В семнадцать двадцать по корабельному времени Павлыш был у кабины.

Здесь он был не туристом. Он работал.

Вернее, ждал — придется ли работать? Его деятельность как медика начиналась в тот момент, когда в ванной материализовывался астронавт. До того момента он дублировал Станцо.

Больше с Земли не поступало никаких известий. Ясно было, что переброса не будет.

Тем не менее на «Антее» все вели себя так, словно ничего не случилось. Это решили капитаны. В семнадцать двадцать сотрудники центра телепортации были на своих местах, готовые к приему.