Кинк. Право на удовольствие

Они с улыбками что-то обсуждали меж собой, и я поднос дала бы на отсечение, что предметом веселого разговора является именно моя персона.

Закончив с последними клиентами и еще не переодевшись, я подошла к так волновавшему меня столику и села, не спрашивая разрешения. Не выгонят же? Хотя директор вполне способен заявить, что сначала мне бы форму официантки снять. А Володя добавит, что на снятии формы можно и остановиться, в свое наряжаться вовсе необязательно… И чтобы всего этого не произошло, я начала с того, чего хотела:

— Привет, Володя! Артем Александрович, мои столики пустые, а Жанна уже пришла на смену, потому я свободна.

— Знаю, — он ответил с некоторым удивлением. — Как и ты знаешь то, что в это время можешь обойтись без «Александровича». Хотя называй как хочешь, мне нравится, когда ты изображаешь из себя подчиненную.

— Так я не изображаю… — ему все-таки удалось сбить меня с толку, потому я отвела глаза.

И Артем предложил, поднимаясь:

— Ну раз работа закончена, пойдем наверх? Раздражает шум, у меня от него характер портится.

Володя почти предсказуемо завел:

— Пойдем, конечно, но характер у тебя не от…

Я перебила, мельком глянув на него, пока они снова не утащили меня туда, где я сразу же невольно начинаю играть по их правилам:

— Нет, я домой поеду и как следует высплюсь. Впереди куча выходных, чтобы отдыхать. Кстати об этом… Может, завтра в кафе сходим? Никакого алкоголя, а какое-нибудь мороженое и просто общение, мы же совсем друг друга не знаем…

— Вау! — воскликнул радостно Володя. — Лилечка превращается в соблазнительницу!

— Я никого не соблазняю! Это… пусть называется встречей, а не соблазнением!

— Не вижу разницы. Думал, уже никогда не дождусь! Вау! Конечно, сходим, хорошая моя, куда угодно. И про мороженое мысль запомни — вся в мороженом будешь, если только пожелаешь. Что угодно проси, запомнила? Стоп, ты же это мне предложила?

Вроде бы ему, но сразу после вопроса ответ уже не казался столь однозначным. Я подняла глаза на Артема — он тоже замер и вскинул бровь в ожидании. Уесть ведь его хотела, показать его место, как он мне показал. Да и с Володей мне общаться куда проще, в кафе это явно плюс. Но Володя, заметив мое замешательство, вдруг произнес сам, хотя и не без тоски в тоне:

— Этому отмороженному только мороженого и не хватало… Если нам с тобой, влюбленным голубкам, жаль оставлять его в одиночестве, то, конечно, мы можем… Хотя нет, бляха, я возражаю! Моего человеколюбия просто не хватает! Как можно сомневаться, кто из нас горячее, а? Лиль!

Артем по-прежнему молчал. И вдруг я поняла, что даже если приглашу и его — откажет. И причину не будет выдумывать. Только потому, что не ведется, когда открываешься, и уж жалость точно не вызывает, как пытался выставить Володя.