Кинк. Право на удовольствие

Правда, Лиль?

Вставила реплику и я, раз оба на меня уставились:

— А что там в седьмом зале? — Но тут же вскинула ладони и добавила: — Хотя не надо! Обойдусь без этого знания!

И они снова сосредоточились друг на друге.

— Дай нам пару дней, Артем, и мы поцелуями будем заводить весь квартал! Вот этот самый, где твой «Кинк» располагается.

— О-о, — с подтекстом протянул второй, и я предугадала дальнейшее, но не смогла остановить: — Будете? Выходит, у меня с твоей Лилечкой уже более близкие отношения?

И что-то в его улыбке заставило Володю поверить, он даже в лице изменился и перестал веселиться, а спросил коротко:

— Поцелуй был, — ответил змей в блондинистом обличии. — Позлить тебя хотел. А Лиля, видимо, не хотела, раз так и не сообщила. Ну как, получилось?

Володя не ответил и перевел взгляд на меня, после чего удостоверился окончательно. И у Артема получилось его разозлить — я это в появившейся улыбке без грамма веселья рассмотрела. Володя наклонился ко мне, перехватив за предплечье, и спросил:

— Серьезно? Тогда спасибо, что не сказала, отнесу этот плюс на счет наших будущих отношений. Но у меня теперь жуки внутри скребут. Я-то собирался долго и красиво выплясывать перед тобой брачный танец гиппопотама, а теперь… жуки скребут.

И он перехватил меня за затылок, не позволяя вывернуться. Прижался губами к моим, закрыл глаза — и оттого мои сами закрылись. Я не ожидала, но поддалась настойчивому языку и разомкнула губы. В конце концов, Володя мне очень нравился — не просто же так я тут сидела и слушала его польские байки. Нравился, несмотря на то, что был от меня бесконечно далек. А может именно поэтому? И пусть бабник! Я, может быть, впервые в жизни целуюсь с настолько очаровательным бабником! И пусть я однолюб, а это чувство уже истратила на Олега, — Олег об этом никогда не узнает, а о любви здесь и речи не идет, только о гормонах. Но Владимир не напирал и поцелуй не углубил, а отстранился и прижался лбом к моему, зашептав:

— Лиль, ты слишком потрясающая, чтобы сразу тебя осознать. И извини, что это произошло именно так.

Я почти растворилась в его трепетных словах и недавней ласке, позабыла, что мы здесь не одни, но Володя сам же и выдернул меня из приятных ощущений — он глянул на Артема, а тот прокомментировал:

— Ну прямо Дон Жуан на пороге монастыря. Слезы умиления наворачиваются.

— Один-один, ушлый дружок. Теперь отступи.

По выражению лица Артема вообще нельзя догадаться, о чем он думает. Он и позу не изменил, и руки продолжал держать скрещенными на груди. Зато сказал то, чего я никак не ожидала:

— Володя, я тут подумал, что лишаю тебя статуса вип-посетителя. Я же имею на это право? Ой, я только что дал себе это право. Сдай карту.