Киндер сюрприз для миллиардера

Только завидел хрупкую фигурку, в которой без труда распознал Победову, как сердце застучало в сумасшедшем ритме.

- Что-то со Славой? - хрипло выдохнул я вместо приветствия, выскочив из машины и подлетев к Виктории. - Он снова пропал?

Вместо ответа она помотала головой и спросила:

- Мы можем… поговорить?

Я всматривался в ее лицо так долго, что молчание, установившееся между нами, стало ощутимым. После чего кивнул на подъезд.

- Можем. Если не боишься идти в мою берлогу.

В «берлоге» мы оказались через несколько минут. Я не знал, куда девать себя. Подозреваю, что Победова испытывала те же самые чувства.

Гадая относительно того, что же привело ее сюда, я пытался засунуть куда поглубже совершенно неуместную радость от того, что Вика все же пришла ко мне. Только бросал на нее взгляды искоса, отмечая на автомате тот факт, что она безумно красива. Особенно вот такая - растерянная и пытающаяся собраться с мыслями.

А еще представлял ее здесь, в моем доме, полноправной хозяйкой. И мне эта картина, черт бы все побрал, нравилась!

- Может, уже скажешь, что случилось? - спросил я, ставя перед Победовой чашку кофе, которого она совсем не просила.

- Мы снова перешли на «ты»? - склонила она голову набок, и в голосе ее послышалось столько всего, что у меня крыша поехала окончательно. Впрочем, Вика быстро взяла себя в руки и выдала скороговоркой: - Я вижу, что Слава тянется к вам… а вы - к нему. Поэтому… предлагаю перемирие. Будем видеться все втроем. Я, вы… Ты, точнее, и Славик. Когда будет удобно всем нам. Как вы… - Она опустила голову и усмехнулась. А потом подняла глаза на меня и спросила уверенно: - Как ты на это смотришь?

Часть 27. Вика

- Мамочка, ты еще сердишься?

Заглянувший ко мне следующим утром Славик стоял на пороге, виновато понурив голову и глядя на меня исподлобья, как нашкодивший котенок.

Сердилась ли я? Нет, скорее это была обида. Сложно было принять тот факт, что сын совершил такой поступок ради человека, который должен был быть ему чужим. Но, очевидно, не был.

Я похлопала по кровати, призывая сына сесть рядом со мной. Гнев остыл, остался только горький привкус и миллион поводов для размышления.

- Иди сюда, - сказала я Славику, и сын мгновенно бросился мне на шею. Крепко сжал меня своими маленькими ручонками, и у меня не было ни малейшего шанса на то, чтобы не оттаять окончательно.

- Я не буду больше сердиться, - ответила я ему. - Но только в том случае, если ты понял, что так поступать нельзя.

Славик молча кивнул. Потом, после паузы, сказал:

- Я просто… - он запнулся, не зная, видимо, как подобрать слова, и я мягко его подтолкнула продолжить:

- Ты просто?...

Сын сидел у меня на коленях, потупившись, и я видела, как трудно ему дается этот разговор.

- Я просто рассказал всем в садике, что у меня скоро будет папа.