Адвокат киллера

На что надеешься? Почему не рассуждаешь здраво? Думаешь, с момента вашего знакомства Лео только о тебе и мечтал? Вокруг него девушки пачками крутятся. И спал он не только с тобой все это время. Просто ты полезла туда, куда лезть нельзя, и теперь он нянчится с тобой, как с подыхающим котенком. Мне это не нравится ради твоего же блага.

Сердце сдавливает так, что я вцепляюсь в подоконник. В глазах темнеет. Вот как, значит? То есть… пока я сходила по Лео с ума и слушала, что нам нельзя видеться, были… другие?

Внутри меня словно лед трескается и кромсает органы.

Так. Спокойно. Я не имею права ревновать. Лео не принадлежал мне… ни тогда… ни сейчас. Но как же мне хочется его убить! Вот просто взять… и прикончить!

Я переключаю взгляд на заснеженный двор, боюсь выдать свое то ли гневное, то ли разбитое состояние.

Глеб пресекает мое оцепенение.

– Я скажу одно: ради твоей же безопасности – порви с Лео. Он тебя не убьет. Но если ты настолько глупа, что хочешь и дальше бегать за ним хвостом, то учти: я тоже за тобой слежу. И если не испаришься, детка, то сильно пожалеешь. А если еще и оступишься… а ты оступишься. Я знаю. Ты уже оступилась, когда начала крутить шашни с Шестеркой.

– Ты не убьешь меня.

– Зачем мне ты? Неравноценно. Испортишь жизнь дорогому для меня человеку, я испорчу жизнь дорогим тебе людям. Начнем… с Венеры.

Я столбенею, медленно поворачиваю голову.

– Что?

Глеб усмехается.

– Твоя подруга очень даже… очень ничего. Милая. Жаль будет, если с ней случится беда.

– Это с тобой она время проводит?! – в ужасе подпрыгиваю.

– Я умею быть, как это говорится… ах да, обольстительным!

– Если ты ее обидишь, я…

– А ты не давай повода, – перебивает Глеб. – Может, у тебя и есть защита, а вот у нее нет. Нет ее и у твоих родственников, не так ли? Исчезни из моего поля зрения как можно скорее, или будем разговаривать на другом языке. Более доходчивом. А теперь… – он склоняется, обхватывает мой подбородок, заставляет посмотреть в его серо-голубые глаза и рычит в лицо: – убирайся из этого дома. Сейчас же!

– Иди к черту!

Я выворачиваюсь, но Глеб хватает за запястье, дергает и придавливает мою руку к подоконнику, из-за чего я падаю на колени.

Второй рукой парень обхватывает мою шею. Он делает это по инерции, но меня сковывает ужас воспоминаний и, нащупав первый попавшийся предмет, я размахиваюсь – ударяю по кулаку, которым Глеб сжимает мое запястье.

Только вот предметом…

Оказывается скальпель!

Глава 28

– О боги, что у вас стряслось?

Когда Стелла заходит в оранжерею, мы с Глебом стоим вплотную друг к другу.

Он – ошарашенный.

Я – испуганная.

То, что мы ругались, невозможно не заметить, даже Глеб пунцовый от злости, а его кожа всегда гипсово-белая.