Хуррит 2

В квартале ремесленников уже вовсю шла работа: гончарные круги вращались, умелые руки придавали совершенные формы кускам глины. Румина не увидел, а вот Исаил был на месте.

— Солнечного тебя дня! — приветствовал меня человек Инлала, удостоившись в ответ пожелания покровительства от Ашшура, верховного бога эсоров.

Парни не зря попросили у меня день на раздумья.

— Иди за мной, — Исаил провёл меня на задний двор мастерской, где находился вонючий септик, наподобие деревенских. В этой части Хаттуша арыков не было, и люди копали ямы в грунте, устраивая сверху затянутую шкурами будку. В стороне от септика находился огороженный загон для скота, в котором блеяли около десятка овец. У входа в загон, три огромных глиняных чана, накрытых деревянной крышкой.

— Смотри, — Исаил отодвинул крышку одного чана и ловко вскарабкался наверх. Не без труда протиснувшись внутрь, поёрзал и скрылся под ячменём. Пару секунд спустя, Исаил вынырнул из ячменя, чихая от пыли.

— Вылезай, попробую сам! — Избавившись от широкой накидки, последовал примеру эсора. Погрузившись в ячмень, глаза не стал открывать: дышалось неплохо, небольшой слой ячменя над головой прекрасно пропускал воздух. Но пыль раздражала, она попадала в нос, вызывая желание чихать и отплёвываться. Вынырнув, попросил у Исаила кусок ткани, чтобы закрыть нос, глаза и рот. Вторая попытка оказалась куда комфортнее — пару часов так можно просидеть.

— Хорошо? — Исаил ждал моей реакции пока я отряхивался.

— Людей, может, будет двое, — лицо эсора вытянулось при моих словах. — Хорошо придумал, но долго сидеть не получится.

— Долго не надо, — гончар показал на неприметную дверь в мастерскую с заднего хода:

— Это женская сторона, но сейчас женщин здесь мало. Можно твоих людей держать там, отгородив от наших женщин. Если придут хатты, они успеют выйти и спрятаться. Как хатты уйдут — мы их вытащим.

На мой взгляд, лучшего укрытия вряд ли найти: от двери мастерской до чанов всего десять метров.

— Запах очень противный, — от септика несло ужасно.

— Мы специально перетащили сюда горшки, раньше они стояли там, — эсор показывал на угол мастерской в двадцати метрах: — Хатты придут, запах будет им мешать, захотят быстрее уйти с этого места, — улыбнулся Исаил. — Ты доволен? Эти люди мужчины?

— Один мужчина, вторая женщина, — я вытащил кошель и извлёк две монеты по пять сиклей: — Когда всё закончится, дам ещё столько.

Исаил вяло запротестовал, ссылаясь на «монету брата», но я смог сломить его сопротивление. Монеты исчезли в его поясном кошеле, а сам эсор заметно повеселел.

— Сегодня ночью, — ответил на его вопрос, когда ему «ждать гостей». Вчера было новолуние, с каждым днём лунный серп будет наливаться силой, давая больше света. А темнота, как известно, лучший друг диверсантов.