Хуррит 2

— Можно поговорить с их Верховным Жрецом?

Хуррит вытер руки парчовой тканью, запив еду настойкой, привезённой из Эсора или Асура. Разночтения мест, богов, имён и событий могло свести с ума.

— Сейчас хочешь поговорить? — Этаби поднялся на ноги. Вскочил и Элса, только я продолжал сидеть. Ещё не факт, что разговор возможен прямо сейчас, зачем вскакивать как мальчик на побегушках.

— Можно и сейчас, если Жрец нас примет.

— Примет, пошли, — Этаби решительно зашагал к выходу, едва не сбив с ног девушку-служанку.

— Ты поосторожнее с девушкой, — я догнал хуррита, — у неё могут быть горячие братья, смотри, голову оторвут.

— Она эсор, —огрызнулся хуррит, явно не считавший эсоров за полноценных людей. Наличие такого количества эсоров в главном городе хурритов меня удивляло. Практически все слуги и служанки во дворце были эсорами. Из этого же народа были обувщики, гончары, ремесленники, встречавшиеся в городе. Не все, конечно, но подавляющее большинство.

«Разветвлённая сеть шпионов», — промелькнуло в голове. Я помнил, как владел информацией в Хаттуше эсор Инлал, хотя количество представителей этого народа там было куда меньше. Интересно, понимает ли Шуттарна III, что у него в городе четверть жителей — представители враждебного народа? И кто вообще у хурритов занимается разведкой и контрразведкой? Во мне проснулся профессиональный интерес — какое поле деятельности для ловли шпионов. Куда ни ткни пальцем — попадёшь либо в шпиона, либо в сочувствующего. Разве удивительно, что территория Миттахни сокращается под постоянными ударами хеттов, эсоров и вавиловян? Вавиловян хурриты называли сангары или кардуниашы.

Храм Тешуба находился совсем рядом: мимо нас пронеслись три всадника, обдав пылью.

— Никакого уважения к наследнику престола, — Этаби не принял шутку, начав доказывать, что положение родни правителя не даёт ему преимуществ.

— Любой хурре может вызвать меня на поединок, и если он честно выиграет, ему не будет наказания, — мы дошли до дворца и хуррит замолчал. Огромная деревяная дверь в бронзовых заклепках была приоткрыта, рядом никакой стражи, что было странно. В Хаттуше к храмам нельзя было подойти просто так — сразу появлялась стража. Слишком безалаберное отношение хурритов к вопросам безопасности, начинало напрягать. Мои симпатии давно были с этим народом, одно мужество и преданность Этаби много чего стоило. Но это пренебрежение к опасности, отсутствие контроля в крайне важных вопросах и комплекс Наполеона даже у самого простого хуррита, играли для них плохую службу.

Жрец находился на коленях перед статуей Тешуба. Даже одного взгляда на скультуру было достаточно, чтобы понять — перед нами творение из мастерских каменоломен Супилилиума.