Река Хронос

 — Как во Французской республике.

— Не спешите, — сказал портье. — Во Французской республике тоже начали «Марсельезой», а кончили гильотиной.

— Гильотина порой не мешает, — решительно заявил Мученик.

— Как бы не добрались до евреев, — сказал портье.

— Кстати, о девушке, — улыбнулся Мученик, которому замечание портье было неприятно. — Я бы на вашем месте пошел навстречу ее желанию. Не дай Бог, ваш Васильев сломает дверь. Ночью он не станет разбираться, та ли это женщина или иная.

— Хорошо, — не стал спорить портье. — Переходите в соседний. Хотя я не гарантирую, что Васильев не станет стучать и туда.

— Спасибо. — Лидочка вернулась к стойке и поменяла ключ. — Я должна вам доплатить?

— Бог с вами, — отмахнулся портье. — Вещи перенести? Ах да, вы же путешествуете налегке!

Разумеется, Лидочка меняла номер не из-за Васильева. Ее больше волновал второй человек, тот, кто обыскивал ее номер и наверняка вернется.

Новый номер тоже выходил во двор, но под окном были кусты и зелень.

Теперь, когда Лидочке было уже не так страшно, она спокойно разложила на столе свои вещи, пересчитала деньги и задвинула сумку под кровать. Потом уселась в низкое кресло под торшером и пожалела, что у нее нет с собой книжки для чтения. Она чуть было не отважилась попросить книгу у портье, но часы показывали половину одиннадцатого — может быть, грабитель уже подбирается к старой комнате…

Когда Лидочка проснулась, было совсем темно и тихо.

Так тихо, что из соседней комнаты был слышен каждый осторожный шаг. Лидочка вскочила — она сразу вспомнила, почему сидит одетая в кресле.

Она права — он явился! Лидочка глубоко вздохнула, чтобы унять биение сердца, потом на цыпочках подошла к двери. Осторожно-осторожно, чтобы никто не догадался, Лидочка приоткрыла дверь на узенькую щелочку. В коридоре было полутемно, но после кромешной темноты комнаты Лидочке пришлось зажмуриться.

Сейчас таинственный грабитель должен выйти. Лидочка считала про себя. Она досчитала до ста. Никто не выходил. Но что же тогда он делает в номере? Он же убедился, что Лидочки там нет. Неужели все равно обыскивает? Было тихо. Лидочку стало трясти от холода — из коридора тянуло, как из подвала. А надо стоять неподвижно — чуть переступишь с ноги на ногу, начинают поскрипывать половицы.

Тихо. Гостиница спит. Даже самые пьяные военлеты Васильевы уже успокоились. А у грабителя наверняка случился сердечный припадок. Не может человек вести себя так тихо! А если он тоже затаился? Так и стоят они за дверями и ждут — у кого первого не выдержат нервы!

Только разница в том, что у него есть нож! Нет, пистолет! А она беспомощна.

От нахлынувшего страха Лидочка чуть было не побежала вниз, к портье. Ее удержало лишь опасение, что грабитель окажется проворнее и догонит.