Река Хронос

 — Ты сказал, что они гуляют в Симферополе.

— Оба из Симферополя, хотя это ничего не меняет. А если они дезертировали, то я не представляю, что со мной сделают!

Коля был бледен, не скрывал волнения, но Андрей должен был признать, что он красив даже более, чем раньше. Он возмужал, и лицо его потеряло мальчишескую округлость и стало как на английском плакате «Готов ли ты защитить Родину?».

Военная комендатура помещалась на Екатерининской улице сразу за синематографом «Орион».

— Подождать тебя? — спросил Ахмет.

— Если меня не задержат, то я через три минуты буду, — принял предложение Коля.

— Зачем вы предложили его ждать, Ахмет? — укорила его Лидочка.

— Сам не знаю, — ответил Ахмет. — Такой вот я соглашатель. Все-таки у нашего Коли неприятности. А береговая артиллерия осталась без прицелов.

— Мне он совсем не нравится, — сказала Лидочка Андрею, видно, хотела развеять могущие возникнуть подозрения. — Честное слово. В нем есть что-то от фата.

Коля выбежал из комендатуры.

— Этого господина нет — и вообще никого нет. Они, видите ли, обедают. Как будто не война, — сообщил он, садясь рядом с Ахметом. — Будут только в два. Кстати, я смертельно голоден. Я даже не позавтракал утром из-за этих мерзавцев. Запороть бы их всех!

— И патронов не жалеть, — дополнил Ахмет. — Где прикажете обедать?

— Мы ехали в Массандру. Ты с нами?

— Если к двум привезешь обратно.

— Будет сделано, господин Гамлет, — сказал Ахмет.

— А ты кого возишь на этот раз? — спросил он.

— Лучше бы пошел в армию, чем прислуживать.

— Мы, татары, люди маленькие, — сказал Ахмет.

Андрей не стал вмешиваться в разговор. Видно было, что Ахмет не склонен откровенничать.

Они обедали в небольшом кафе над морем. Вышло солнце, стало тепло, но не в тени. Коля немного успокоился и даже надеялся уже, что, когда вернется, застанет своих дезертиров на месте. Он все смотрел на Лидочку, и Андрею это было неприятно. Но Лидочка тщательно избегала его взглядов.

— Ты в больницу сегодня поедешь? — спросил Ахмет. — Я тебя могу отвезти.

— Я вчера был, — сказал Андрей.

— Чего ж молчишь? — сказал Ахмет. — Ты с ней разговаривал?

— Разговаривал. Только контрабандой. Она не хочет со следователем говорить. Ждет отчима. Боится ему повредить.

— Слушай, самое важное, — сказал Ахмет, — она их видела?

— Видела, но не узнала. Там темно было, наверное.

— О чем ты говоришь? — спросил Коля.

— Ты не понял? О Глаше. Все думают, что она без сознания, и ждут, когда она придет в себя.

— А почему она без сознания?

— Ты ничего не знаешь? — удивился Андрей.

— О чем я должен знать?

— Что моего отчима ограбили, что было нападение!

— Еще чего не хватало! Почему никто мне ничего не говорит? Лида, мы же виделись с вами три дня назад, как я приехал.